Все дьяволы здесь

Она улыбнулась ему, потом поймала взгляд коридорной в форме и, кивнув, прошла мимо с небрежным «Bonjour», словно habituеe[29 - Постоялец (фр.).].

Арман все еще держал в руках картонную коробку из больницы, но вид у него был такой уверенный, что никто и не подумал его остановить.

К счастью, в лифте они поднимались только вдвоем и смогли расслабиться.

Но Рейн-Мари вдруг повернулась к Арману:

– А ты сказал миссис Макгилликадди?

– Нет еще. Я отправил ей письмо по электронной почте, попросил позвонить, когда сможет.

– Она будет убита.

Агнес Макгилликадди пятьдесят шесть лет служила секретарем Стивена. Сейчас ей было около восьмидесяти пяти, но она отказывалась переименовываться в помощницу и командовала в его офисе, как адская гончая.

Она была замужем за мистером Макгилликадди, мужчиной без определенного имени. Стивен иногда называл его Иеремией. Иногда Джозефатом. Иногда Брайаном.

Арман не знал, делает ли это Стивен потому, что не знает имени мистера Макгилликадди, или чтобы досадить миссис Макгилликадди, которая, впрочем, никак на это не реагировала.

Детьми они не обзавелись, и, хотя Стивен был старше ее, она относилась к нему как к сыну.

Гамаши хорошо знали миссис Макгилликадди, пусть и видели ее только за рабочим столом.

Они подошли к номеру 815, и Рейн-Мари постучала. Потом еще раз.

По коридору прошла горничная, посмотрела на них и прошла мимо.

Арман быстро отпер дверь со словами:

– Поторопись. Она вызовет охрану. Времени у нас всего ничего.

– All?? – громко произнесла Рейн-Мари, когда дверь за ними закрылась.

В ответ – тишина.

То, что они увидели, не было обычным номером. И даже не было обычным люксом. Их глазам предстал практически замок внутри замка.

– Оставайся здесь, – сказал Арман. – Я пойду наверх. Быстро. Они скоро будут здесь.

– Куда это – наверх?

Но Арман уже прошел половину пути наверх по винтовой лестнице.

Несмотря на то что главный этаж был огромным, его осмотр не занял много времени. По сути, это была одна роскошная комната с местом для отдыха у камина и длинным полированным обеденным столом под люстрой венецианского стекла.

Видимо, на тот случай, если миллиардеру захочется самому приготовить себе обед, подумала Рейн-Мари. Единственным кухонным занятием, за которым она видела Стивена, было открывание баночек с орешками кешью. Да и это давалось ему с трудом.