Связанные нитью

Из успешной стюардессы, облетевшей в свое время весь мир, она превратилась в домохозяйку с угрюмым сыном, малолетней дочерью на руках и скучным мужем. Отец Антона был молчаливым мужчиной. Втайне от супруги он мог выпить с сыном пива, а то и парочку стопок водки, покурить в подъезде, в спокойной обстановке расспросить о делах, а затем вернуться в квартиру и слушать брюзжание жены. Антон таким терпением не обладал, вечное нытье и обвинения матери были выше его сил. Поэтому, как только у него появилась возможность, он переселился в общежитие, а с появлением высокооплачиваемой работы снял квартиру на другом конце Москвы – подальше от родителей и поближе к Мирославе.

Слава и не заметила, как уснула. Снились девушке не образы, а приятные ощущения: то ее гладили по голове, то по плечу, затем укрыли замерзшие ноги одеялом. А потом кто-то начал активно тыкаться в нос, щекоча. Открыв глаза, Слава увидела два блестящих кошачьих глаза. Владыка внимательно смотрел на нее, проверяя на предмет бодрствования.

– Да встаю я, встаю. Сегодня же надо идти в ваш магазин, – она перевернулась на другой бок и услышала недовольный «мяв». Оказывается, Бегемот разлегся на другой половине кровати, которая именовалась мужской, а она, нехорошая, придавила его своим телом.

– Прошу прощения, но вас сюда никто не приглашал. Тебе кухни что ли мало? – набросив на кота одеяло, Слава прошлепала в ванную.

Владыка проследовал за ней, запрыгнув на стиральную машинку.

На лопатках Славы были вытатуированы черные вороны бога Одина[1 - В скандинавской мифологии Один – царь богов-асов. Два его ворона – Хугин и Мунин («Думающий» и «Помнящий») сообщают Одину все, что происходит где-либо в мире. У этого бога лишь один глаз.] – Хугин и Мунин. Она набила их после возвращения из Норвегии. Девушка настолько прониклась скандинавской мифологией, что не смогла не запечатлеть кусочек этого воспоминания на себе.

Вытерев тело насухо и обернув голову полотенцем, она прошла в кухню, где на диване уже сидел отчего-то довольный мейн-кун. Возможно, Славе только показалось, но он как будто улыбнулся…

Насыпав котам корм и налив чистой воды, Слава залила кипятком порцию овсянки с кусочками яблок.

– Щекотно! – она неожиданно вздрогнула, когда Владыка лизнул ее икру.