Прежде чем я умру

Ее двухэтажный дом в тюдоровском[3 - Стиль Тюдоров – архитектурный стиль поздней английской готики, развивавшийся в период правления английской королевской династии Тюдоров. Стиль охватывал 1500—1560 годы и уступил место Елизаветинской архитектуре.] стиле находился вдалеке от городской суеты, на Речной улице. Из окон открывался дивный вид на реку, а задний двор занимал огромный розарий.

Сколько Лука себя помнил, каждый летний вечер они устраивали посиделки на веранде за кофейным столиком: мама расставляла фарфоровый сервиз, а бабушка заваривала чай.

Они превращались в героев чаепития из «Алисы в стране чудес», особенно когда бабушка начинала рассказывать новые идеи для своих романов, изобилуя подробностями приключений влюбленных.

Семилетний Лука сидел на стуле с мягкой подушкой, держа в руках большую чашку с чаем, и весело смеялся: бабушка всегда умела рассказать такое, от чего Лу хватался за живот и не мог остановиться. После чаепития Ветту оставляли одну делать записи в блокноте.

«Я садился на качели, когда-то построенные дедушкой для мамы, и мы с ней раскачивались». Качели были с широкой деревянной доской-сидением, а по бокам шли плотные канаты, укрепленные на железных столбах. Бабушка рассказывала, что когда мама была еще подростком, она попросила построить для нее такие качели. Впоследствии, будучи беременной, мама Луки раскачивалась на них, придерживая большой живот. Ей хотелось родить именно в Бердичеве, чтобы бабушка присутствовала рядом.

Ветта выглядела очень привлекательной и энергичной женщиной для своих лет.

Внешне ей никак нельзя было дать больше пятидесяти. Подобно герцогине, она являла собой эталон изысканности и шарма. У нее даже была английская привычка пить чай с сэндвичами. На ее светлой кухне чувствовался аромат свежей выпечки, а в шкафчике всегда находилось множество сортов чая.

Она зарабатывала сочинением женских романов, которые имели большую популярность и издавались не только в Украине, но и в Европе. Именно бабушка убедила внука продолжить писать свои «Заметки».

Также она всегда напоминала, что у них творческая семья, и грех не развивать литературные способности. Ветта приветствовала новые идеи и с детства прививала внуку такую же тягу к знаниям, как и собственной дочери.

Мать не говорила сыну о том, как познакомилась с его отцом, и бабушка, наделенная даром рассказчицы, поведала о «страсти» двух влюбленных так, словно это был очередной ее шедевр любовной прозы.