Прежде чем я умру

Твоя дочь более тебе не принадлежит. Я давно принял решение, ещё в то время, когда этот монстр убил мою жену, а ты спас Вайореля – все это имеет свой вес в нашем выборе и случилось не просто так. Я не отступлюсь, мы обязаны уничтожить его вместе с экспериментами.

– Ты слишком много работаешь, – рука дочери коснулась его огрубевших пальцев.

Он погладил ее по голове. Сейчас она была так похожа на мать. Ему вспомнилось, как они с Рогнедой гуляли возле холодного моря, солоноватые капли которого всегда оставались на лице жены.

Очнулся Храфн на рассвете. В камине тлели угли. Эвики не было рядом. Но по замку, пробиваясь сквозь щели, распространялся аромат свежего хлеба и лился ручейком женский голос, напевающий скандинавскую песню.

Пока Ингрид и Храфн занимались тем, чтобы обезопасить их от Максимилиана и его слуг, Эвика благополучно коротала время с Блейзом и его братьями. Не было и дня, чтобы мальчик не находился рядом со своей госпожой. Она помогала им с Сирилом в учебе, а иногда тренировалась с Вайорелем и Маркусом во владении оружием: у нее был богатый опыт, и она с легкостью могла отбивать атаки.

Расположившись в башне и занимаясь рукоделием, Эвика полностью погружалась в собственные мысли, скользя пальцами по пряже и слушая мирный стрекот прялки. Блейз сидел рядом с Сирилом на скамеечке у камина и вслух читал книгу, стараясь не смотреть на умиротворенное лицо Эвики. Но порой даже он замечал, какой грустной была чародейка.

«И снова время, но теперь в кругу друзей, среди тех, кто будет проживать с тобой вечность на равных», – но предчувствие беды не покидало чародея ни на день. А когда Эвика начинала петь, Храфн переносился в дни, когда рядом была Рогнеда. Дочь очень на нее походила, и лишь в глубине ее глаз таилась печаль, от которой даже время не спасало.

Ночи он проводил в башне: помещение оборудовали под мастерскую и лабораторию. Храфн создавал свое творение – то, с помощью которого он сможет избавиться от Максимилиана: «Я покончу с экспериментами, которые ставит этот монстр, этот полукровка…».

И лишь однажды, смотрясь в зеркало, чародей заметил седину в бороде: «Неужели я утрачиваю свое бессмертие?! Моя энергия уходит в магический инструмент». Впервые после смерти Рогнеды он ощутил страх. «Эвику нужно защитить, у меня осталось не так много времени, но я должен успеть завершить работу».

Часть первая

Глава 1

Украiна.