Чёрный утёс

Я подсчитал удачные дни и быстро добрался по течению.

– Досадно, что оно движется лишь в одну сторону. До южных земель добираться около недели, а сюда за сутки-двое можно проплыть без особых усилий.

Та, чье имя было велено забыть и не вспоминать, вышла из воды и поднялась в полный рост. Ветер стянул с нее вуаль пара, обнажив человеческое тело. Тритонов передернуло от отвращения.

– Я видел обнаженных женщин. На южных границах они любят купаться нагишом, и вода там теплая, – отметил Хаос, стараясь не показываться из-за камней.

– Все они не идут ни в какое сравнение с русалками. Ни хвоста с прожилками, чтобы передать спириту, ни чешуи. Даже то, что у людей между ног, напоминает закрытого в раковине моллюска. Эта же, – Эфир кивнул в сторону девушки, – больше похожа на бледную ветку мертвого дерева. Слишком светлая и гладкая кожа, а глаза черные, как у тех чудовищ, что плавают подле нее.

Хаос удивленно вскинул брови. По вискам скатились капельки воды.

– Утратив магический дар, она по-прежнему привлекает морских тварей.

Они вьются рядом с ней, как мурены вокруг хвоста королевы. Если бы не чудовища, я бы с удовольствием расправился с нашей заключенной, как мы поступаем с пригодными для ужина монстрами.

– Она знает, что мы здесь? – Волна окатила Хаоса со спины, черные пряди упали на лоб, скрыли темные глаза. На висках проступила чешуя.

Эфир пожал плечами.

– Возможно, но никогда не давала понять это наверняка. Она постоянно находится у воды, даже в ненастье, а потом пропадает и возвращается еще более исхудавшей, бледной и отвратительной.

Наблюдать за ней не слишком приятно. Она мечется: то заходит в море, то выходит. Однако стихии не прикажешь, та принимает ее, прогоняет и вновь волнами ластится к ногам. – Тритон сплюнул в воду. – Променять красоту и сущность русалки на подобную жизнь. Лучше смерть.

– Однако девушка по-прежнему жива. И Эрида приставила к ней нас. С чего бы такое внимание к сестре-изгнаннице? – Хаосу захотелось подплыть поближе.

Наблюдать за принцессой без хвоста было любопытнее, чем за купанием обнаженных человеческих девушек.

– Спроси у нее, – огрызнулся Эфир. – Поплыли, я увидел достаточно, чтобы написать отчет. Хотя бы здесь водятся осьминоги, чьи чернила не растекаются.

Хаос кивнул, но, отплыв подальше, увидел, как принцесса неподвижно стоит и смотрит в их сторону. В ее глазах таилась мгла, мокрые пепельные волосы прилипли к спине, от плоского живота вниз уходили длинные шрамы.