Королевство слепых

Гамаш знал, что у Амелии есть способность забираться в кишки других, хотя зачем ей туда хотелось – один бог знает.

– …и скоро у нас будут результаты. Где вы это взяли?

– Это. Не. Мое.

Пощелкивание возобновилось. Теперь оно звучало как «так-так-так» и имело целью вызвать раздражение.

Гамаш видел, что коммандер борется с желанием броситься через стол и вцепиться в ее горло.

И кадет Шоке не делала ничего, чтобы спасти себя. Напротив. Она дразнила их. Самоуверенная, нахальная, почти наверняка лицемерная, она просто настаивала на своей виновности.

Невиновный кадет в случае обнаружения у него опаснейшего наркотика заявлял бы о своей невиновности и пытался сотрудничать, чтобы найти виноватого.

Виновный кадет почти наверняка по крайней мере делал бы вид, что занимается тем же.

Ничего этого она не делала.

Из уязвимого существа, загнанного и испуганного, она превратилась в агрессора, отбрехивающегося нелепой и очевидной ложью.

Амелия Шоке была старшим кадетом. Она выросла в естественного лидера, а не в громилу, как опасался Гамаш.

Она соображала быстро, была настороже. Стала человеком, которому другие пытались инстинктивно подражать.

А оттого кадет Шоке, как продавец наркотиков, становилась еще опаснее. Что с ее бэкграундом не было таким уж невероятным.

Подавшись к ней поближе, он увидел татуировки на ее запястьях и предплечьях: рукава своей формы она закатала до локтей. Потом его проницательный взгляд переместился на ее лицо, и он увидел что-то еще. Что-то такое, что могло объяснить ее необдуманные действия, саморазрушительное, переменчивое поведение во время этого разговора.

Реагировала она бурно. Непредсказуемо. Как наркоманка.

Уж не?..

Его глаза чуть расширились.

– Вы глупая, глупая женщина. – Он не говорил, а практически рычал. Потом обратился к коммандеру: – Нужно сделать ей анализ крови. Она под кайфом.

– Идите в жопу.

Он смерил ее уничижительным взглядом:

– Когда вы принимали эту дрянь в последний раз?

– Я ничего не принимала.

– Посмотрите на нее, – сказал Гамаш коммандеру, после чего обратился к Амелии: – У вас зрачки расширены. Вы думаете, мне непонятно, что это означает? Обыщите ее комнату еще раз, – сказал он.

Коммандер нажал кнопку.

– Я хочу покончить с этим прямо сейчас, – сказал Гамаш, снова обращаясь к Амелии.

– Не смейте! Я прошла слишком большой путь. Мы уже близко к концу. Я могу.

– Не можете. Вы все изгадили. Вы себя изгадили. Вы зашли слишком далеко.