Дневник написанный кем-то

» Думал про себя Андрей

И я не чуть не сожалею о том, что пару раз почесал нос гражданину Третьякову, но попрошу заметить мои действия обуславливались лишь сугубо личными мотивами и не о каком подрыве политического строя и тем более предательстве не идет и речи.

–Гражданин Соловьев вам еще дадут слово. И попрошу соблюдать регламент обращения это вам не базарный рынок. В противном случае я буду вынужден удалить вас с заседания составив советующий протокол. У стороны обвинителя есть еще что-нибудь?

–Да.

Сегодня я говорю не только от имени потерпевшего, но и всего общества. Насильственные преступления должны вызывать осуждение у каждого человека. Никому не дано право избивать других людей. Подсудимый с легкостью пошел на это преступление, а значит, представляют опасность для общества.

Ни в какой семье детей дурному не учат. Можно сколько угодно ругать злую участь, но если припомнить, то у каждого человека, без исключения, была ситуация выбора: учиться – не учиться, врать – не врать, пить – не пить, убивать – не убивать.

Подумайте об этом, вынося свое решение. Подумайте и ответьте на вопрос: «Заслуживает ли подсудимый снисхождения за свои злодеяния?».

Когда вы окажетесь в совещательной комнате, уважаемые присяжные заседатели, я прошу вас еще раз вспомнить все исследованные в судебном заседании доказательства и в соответствии с вашей гражданской совестью и присягой, которую Вы дали, принять решение по делу.

Я верю, что это решение будет правильным и справедливым. Благодарю за внимание.

– Спасибо, гражданин Петрушинский. Защите есть, что добавить? – Вопросил судья с ухищрением смотря в сторону Андрея.

– Все куплено здесь нечего добавлять. – Пробормотал Андрей, наблюдая переглядывания меж Петрушинским и Третьяковым сопровождающимися ехидными ухмылками на довольных рожах.

–В таком случае слушание дела гражданина Соловьева окончено и будет окончательно рассмотрено собранием присяжных.

Андрей потупил взгляд в пол не как, не понимая и не осознавая происходящего. Он вновь закрыл глаза и совсем забылся от окружающего его мира.

Яркое лучистое солнце окатывало лицо беззаботного мальчишки, стоящего по колено в снегу. Легкий морозец щекотал алые щеки, а язык немел от талого снега во рту. «Пустое поле совсем своем пустое, холодное и недосягаемое.