Безумие толпы

 – А она у вас есть – вы ведь один из старших чинов S?retе. Сделайте это, если полагаете, что Эбигейл нарушает закон. Отменяете?

– Нет. Если бы я собирался отменить эту лекцию, то не приехал бы к вам, как бы ни было приятно вас видеть.

Она улыбнулась, услышав это.

– Значит, Арман, вы хотите, чтобы грязную работу за вас сделала я? Вы не хотите злоупотреблять собственными полномочиями, вы хотите, чтобы я злоупотребила своими.

Он понимал, что тонкая корочка льда ползет в его сторону, однако следующая фраза Колетт удивила его.

– Хотите спрятаться за спиной семидесятитрехлетней женщины? Неужели вы такой трус?

Он наклонил голову, быстро пересматривая ситуацию. Ее слова были прямым, даже грубым, личным выпадом. Но они не обидели его. Он знал, что не трус. Более того – и она знала это.

Армана во многом обвиняли за годы службы, но даже его враги не осмеливались бросить слова о трусости ему в лицо.

Почему же это сделала почетный ректор? Недостойный поступок для женщины, которую он знал и уважал.

Он был далек от того, чтобы разозлиться, напротив, стал еще спокойнее. Собрался, сосредоточился. Дыхание выровнялось, внимание обострилось. Так происходило всегда, когда он готовился к схватке, будь то реальный бой или интеллектуальное противостояние.

Подъезжая к дому на озере, Гамаш знал, что разговор, вероятно, будет нелегким, но такой реакции от почетного ректора не ожидал.

– Да, я побаиваюсь, – сказал он рассудительным тоном. – Если вы это имели в виду. Но не того, что лекция может закончиться насилием: любое публичное собрание имеет такой потенциал, а завтрашнее – в большей степени, чем многие другие.

– Вы считаете свободное слово инфекцией? А идеи вирусом? Я думала, вы верите в Хартию прав и свобод. Или Хартия – это только пустые слова, подачка обществу? Это что – демонстрация вашей ситуационной этики?[20 - Ситуационная (ситуативная) этика – нормы поведения, изменяющиеся в зависимости от внешних факторов.

– У меня нет никакой идеологии…

Колетт Роберж рассмеялась:

– Не обманывайтесь на свой счет. У каждого есть свои верования, свои ценности.

– И у меня они тоже есть. Но это другое дело. Вы не дали мне договорить.