Сон на яву

–Не буду я это пить,– наотрез отказалась Сашка.

–Где моя одежда? Почему я голая? – возмущение начало подниматься в ней вместе с осознанием того, что это все-таки возможно не сон.

–Выпей, выпей!– незнакомка снова протянула бутылёк, показывая на уши и демонстрируя, что она тоже ничего не понимает из сказанного. Потом, махнув рукой, сделала маленький глоток из бутылочки, после чего на чистом русском языке проговорила.

– Пей элексир, глупая. Это говорилка! Начнешь понимать все языки нашего мира.

У Сашки отвисла челюсть.

Куда же ее занесло, а главное как?! И что за сумасшедшие слова говорит эта тетка. Наверное, всё-таки сон, но какой-то уж слишком продвинутый. Вдруг до них донесся топот, как будто табун коней скачет на полном ходу. А повернув голову, Сашка увидела, что слух не обманул ее. На них действительно несся табун лошадей, точнее группа всадников одетых, как для съемок фильма про Али-Бабу и 40 его разбойников. Сабли блестели на поясах, а расшитые золотом халаты могли ослепить кого угодно.

Женщина, предлагавшая Сашке выпить "говорилку" переменилась в лице, став из белокожей смертельно бледной. И почти крикнув – Пей, дура!,– сунула Сашке бутылек.

Сама же повернувшись к лошадям, запряженным в их повозку, крикнула им что то типа – "Пошли вперед как можно быстрее!" И для придания веса словам своей просьбы огрела их кожаной плетью! Сашка, от рывка, последовавшего за действиями женщины и говорившего о том, что кони уважают человека, просившего их ускориться, особенно если в его руках плеть, свалилась вглубь повозки.

Гиканье, топот и свист свидетельствовали о том, что их преследуют. Поэтому на рассуждения времени особо не было, да и в голове был какой-то сумбур.

Мысли двигались медленно и лениво, и никак не удавалось сосредоточиться. Все было таким нереальным и фантастическим, что не было никакой возможности поверить в реальность происходящего. Сашка приняла решение подчиниться правилам предложенной игры, тем более, что выбора никто и не предоставил.

Вылив в рот синюю жидкость, она успела отметить ментоловый привкус, а также ей стал понятен смысл выкрикиваемых преследователями слов. Они требовали остановить повозку и отдать жрицу.

Спутница же, желания остановиться и вступить в переговоры не проявила. Она лишь подстегивала лошадей еще и еще. Не забыв, к слову, крикнуть Сашке, чтобы она легла на дно повозки и не высовывалась.