Таинственный ключ и другие мистические истории

– И мы с ним встретимся? Как твоей матушке это удалось?

– Видишь ли, миссис Лэнгдон надеется, что ее стараниями Тальбот станет светским львом, вот она его к себе и пригласила. Тальбота не волнует популярность в гостиных, он погружен в собственные дела и вообще чересчур серьезен. В обществе его, такого интересного, обласкали бы, но ему это не нужно. Наверное, он слишком много пережил, вот и считает чепухой положение в свете. Тем удивительнее, что Тальбот сразу согласился на визит. Милая Лиллиан, ты непременно должна быть сегодня у миссис Лэнгдон.

– Тысяча благодарностей. Я хотела отдохнуть – мама недовольна тем, что меня вечно нет дома, – но с тобой, Мод, и с твоей матушкой она меня легко отпустит, ведь это будет тихий вечер, насколько я поняла? Итак, что же мы наденем?

И разговор перекинулся на неисчерпаемую тему.

Когда вечером Лиллиан приехала в дом своих друзей, герой был уже там. Девушка притаилась в нише, чтобы взглянуть на него, оставаясь невидимой. Гости, толпившиеся перед дверьми, один за другим проследовали в залу, и наконец-то Лиллиан увидела молодого Тальбота.

– Да ведь это Пол, мой Пол!

Она узнала его мгновенно, хотя он прибавил в росте, отпустил усы и держался как воин. Да, он повзрослел, посерьезнел, сделался интереснее внешне, но остался «ее Полом». Именно так Лиллиан, вспыхнув от гордости и радости, назвала его про себя. Глядя на молодого человека, она с наслаждением чувствовала, что знает его лучше всех гостей и больше всех гостей его любит.

«Узнает ли он меня?» – гадала Лиллиан, глядя в зеркало, которое отражало стройную фигурку, золотистые волосы, белые плечи и сияющие глаза, царственную посадку изящной головы, блеск жемчужных зубов меж алых губок, которые сложились в прелестную, непосредственную и счастливую улыбку.

«Слава богу, я недурна собой. Надеюсь, ему это понравится», – подумала Лиллиан.

Она отвела со лба пару локонов, потуже затянула пояс и расправила складки своего воздушного платья, по-девичьи трепеща в дивном предвкушении.

«Сделаю вид, что не знаю его, и посмотрю, как он себя поведет».

Конечно, это была шалость, спровоцированная уверенностью в своей власти, ибо Лиллиан, первой увидев Пола, получила преимущество. Предупреждена – значит, вооружена – так она рассуждала. Не боясь выдать себя, она жаждала упиться удивлением на лице Пола.