Покорись страсти

Осознание реальности было сродни удару. Девушка вцепилась в простыню.

Натан заправлял рубашку в брюки. Клеменс вспомнила прошлую ночь и почувствовала, как краска заливает ее лицо.

– Вставай, парень!

Ей придется вылезти из постели, отыскать свои штаны и пройти в чуланчик – и все это на глазах у Натана. Опустив рубашку как можно ниже, Клеменс выскользнула из постели, схватила брюки и поспешно нырнула в чуланчик.

– Ты слишком тощий, – заметил Натан.

– Мне пришлось нелегко после смерти отца, – сказала Клеменс через тонкую перегородку, пытаясь справиться с застежкой на поясе.

Вспомнив об отце, Клеменс вдруг в полной мере ощутила реальность. Пираты захватили «Герцогиню» и тем самым косвенно были виновны в смерти отца, а она теперь находилась у них в руках и вынуждена была делить каюту с пиратом. Она должна посмотреть в лицо реальности: Натан – пират. Она своими глазами видела, как он принял предложение Мактирнана, все равно что подписал с ним договор. Значит, он не лучше остальных на этом корабле и заслуживает такого же наказания.

– Я сожалею о твоем отце. Кто напал на его корабль?

Клеменс пожала плечами, пятерней приглаживая волосы. Они так и не узнали, кто был виновником гибели «Герцогини». Единственный выживший был пригвожден к мачте и вряд ли рассказал бы что-нибудь, даже если бы пираты не вырезали ему язык.

– Может быть, это был Мактирнан, – сказала она.

– Надеюсь, что нет.

– Почему? Ты же один из них.

– Это верно.

Клеменс ожидала, что Натан рассердится, но он погрузился в задумчивость.

– Пираты бывают разные, – наконец сказал он.

– Убийства тоже бывают разной степени. Вы сами приняли решение присоединиться к этой шайке убийц, поэтому вы тоже – пират.

– Ты забываешься, парень. – Станье обошел вокруг стола и, протянув руку, взял Клеменс за подбородок.

– Можете сердиться сколько влезет. Хуже уже все равно не будет.

– О нет, будет, уж поверь мне, – возразил Станье и повернул ее лицо к свету.

– Только когда по нему бьют.

– Тогда, если хочешь этого избежать, принеси мне кофе и хлеба.

Неужели Натан это серьезно? Неужели он ударил бы ее, если бы Клеменс вдруг что-то сделала не так? Конечно, ударил бы. Ведь он считает ее мальчишкой, а мальчишек всегда бьют.

– Принеси еду на палубу. Скоро рассвет.

Натан взял со стола подзорную трубу, потом достал из кармана складной нож.

– Вот, возьми и помни про то, что я говорил.