Феникс. Служение

Милые котики.

– Скорее – глупые щенки, – усмехнулась я, забирая арбалет у спящего и ломая его ногой.

– Кай, Болт, немедленно прекратите! Они спасли мне жизнь, а вы…

По проходу к нам несся бледный Калеб. Без кольчуги он выглядел, надо признать, не сильно лучше этих двух оборванцев. Неплохо бегает, кстати, для почти умершего недавно. Пусть и платит за это неестественной бледностью.

Парень с кистенем попытался собраться кучу и подняться, но кинул на меня взгляд – и передумал.

– О, вы и сами справились, – облегчение в словах Калеба было весьма явным.

– Если все так, как я думаю, то тебе придется нам доплачивать только за то, что мы то пойло понюхаем, – хмыкнула я, для верности выдирая кистень из руки «грабителя».

– Не, Мо плохого спиртного не возит, – Калеб улыбнулся с немалым облегчением. – Идем, здесь недалеко.

Идти и правда было недалеко. На самом деле, мы ошиблись лишь раз, на прошлой развилке.

– Работу твои друзья искать не пробовали? – осведомилась я у Калеба, когда мы заняли угловой столик в мрачной тесной прокуренной насквозь таверне.

«Крыса» соответствовала своему названию. Мелкая забегаловка для мелких же преступников. Местные оборванцы кидали на Дианель многозначительные взгляды. Да что там «многозначительные взгляды» – скорее уж пожирали ее глазами. Догадываюсь я, что не будь с нами Калеба, который в этом заведении явно чувствовал себя как рыба в воде, кроме многозначительных взглядов были бы и вполне однозначные комментарии.

На меня тоже глазели, но уже посдержаннее. Видимо, меч и броня заставляли немного задуматься о том, чем я занимаюсь. Ну и во внешности я Дианель проигрывала с треском, что уж там.

Эль правда был почти не отвратительным. Так, самую малость похож на ослиную мочу.

– Они работают, – Калеб поморщился, – но платят мало.

– Да, да. Очередной плач о том как злые богатеи обижают несчастных работяг, и те от большой нужды выходят на грабежи с арбалетом.

Калеб отвел взгляд.

Я сложила руки перед собой, без всякого интереса рассматривая сколы от лезвия ножа на столешнице.

– Знаешь, по-хорошему шериф должен знать о твоих товарищах. Очень должен. А по-плохому – им стоит подумать о смене места жительства. На сыру землю. Я очень не люблю когда мне угрожают, знаешь ли.