Равносилие. Сказки Луизы

Уж не прыгать ли ты собралась? – голос был чуть скрипучим, но не отталкивающим. Дама предстала перед ней в лиловых одеждах, развивающихся будто паруса. Казалось ещё чуток, и она взлетит… хотя, как же ещё она могла бы попасть сюда, если бы не могла летать? – Добрый вечер! – Ева едва дышала, но уж точно не от страха. Весь свой страх она приберегла для старого похотливого мужа. Девушка была взволнована, что их разговор услышат, и ей не удастся избавиться от этого страха хотя бы таким способом. Ведь до злополучной свадьбы осталась одна ночь.

И больше шансов вырваться на свободу у неё не будет. – Я не хочу! Я не могу выйти замуж за этого старика! Я люблю другого! Но что мне делать? Если я не соглашусь, отец ещё чего доброго продаст брата, лишь бы заполучить денег. Если соглашусь, то любимый всегда будет думать, что любовь можно просто купить. Что у неё есть цена. – Но, ведь у неё есть цена. – ответила женщина, – И эта цена – твоя жизнь. Не так ли? – Возможно, но пусть это будет лучше моя жизнь, чем моя честь. Я не могу представить себя рядом с этим… – и девушка опять заплакала… – с этим… – Ну, довольно разводить тут сырость. – раздраженно проворчала дама. Едва сдерживая слёзы. Уж кому, как ни ей знать, что значит обнимать нелюбимого… – Я помогу тебе. Помогу. И не просто помогу, но устрою всё так, чтобы ты не просто избежала этой свадьбы, но и дождалась своего любимого… – А брат? Его можно спасти? – Ты слишком многого хочешь, – дама была не просто раздражена… но это раздражение не было направлено против девушки… что-то другое тревожило её….  – У меня не так много власти и не так много времени, как тебе может показаться. Я буду присматривать за тобой, а присмотреть за братом придётся попросить Бабу Ягу, другого выхода пока нет… Но если я почувствую, что кто-то из вас пользуется моей добротой… – её лицо на миг стало иссиня-чёрным, будто тень смерти легла на него – не дай вам Бог обманывать меня… – И что я должна сделать? – девушка была взволнована, впервые за шестнадцать лет своей жизни о ней кто-то заботился, но кто? Откуда её тогда было знать, что своими слезами она пробудила жалость богини Мары. А ей было несвойственно проявлять жалость. Скорее – справедливость. Если ребёнка обижают совершенно незаслуженно, то должен же кто-то его защитить? Но брату девушки Мара помочь не могла, в её подчинении были лишь девушки, поэтому, она надеялась на помощь жены Велеса, мудрой и чуткой Бабе Яге не впервой спасать молодых людей от злодеев.