Похитители бриллиантов

«Презабавная мысль, – говорил по этому поводу Томас Бейнс, блестящий исследователь Южной Африки, – воображать, что заросшее волосами лицо помогает европейцу не заблудиться в густых зарослях!»

Лошади шли рысью, и черные разведчики, искавшие след Александра, отказались от поисков, только когда спустилась ночь. А наутро, с первыми лучами солнца, поиски были возобновлены и неутомимо продолжались весь день – люди и животные немного отдохнули лишь в самый жаркий полдень.

Кавалькада находилась на берегу того самого озера, где Александра чуть было не съели крокодилы.

Альбер не мог понять ни почему его друг пустил коня в воду, ни в какую сторону он направился. Поскольку он не знал обстоятельств, при которых скакал его друг, он недоумевал, зачем Александр избрал это направление: оно могло привести его к алмазному кладу, но было прямо противоположно краалю, где находились его друзья.

Очень уж, должно быть, страшные враги преследовали его, если он решился на такую опасную попытку!

Второй раз прервала ночь эту охоту за человеком. С восходом солнца Зуга и бушмен обошли все озеро и обнаружили следы на другом берегу, а также ямку, из которой Александр вырвал питательный корень. Далее совсем свежие следы вели к тому месту, где лежала убитая копьем лошадь. Многочисленные следы босых ног окружали обглоданный хищниками скелет животного. Очевидно, здесь побывало много туземцев; однако – странное дело! – в этом месте кончался легко различимый след сапог Александра.

Альбер, бушмен и Зуга не верили своим глазам. Они тщательно осмотрели каждую примятую травинку, каждую ямку, они терпеливо описывали все более и более широкие круги, и все было напрасно: найти что-нибудь так и не удавалось.

Каталонец, охваченный тревогой, почти с отчаянием пришел к заключению, что не иначе как его друга похитили чернокожие и понесли к реке. И очевидно, у них были важные причины скрывать это похищение и не показывать, в какую сторону они ушли, ибо путь свой они продолжали в лодке – вверх или вниз по течению. Глубокие борозды, оставленные на мокрой песчаной отмели четырьмя лодками, очень скоро подкрепили это предположение.