Без гроша в кармане. Среди факиров (сборник)

У ковбоев от такой шутки мороз пробежал по коже, а Бессребреник, вынув из кармана записную книжку, записал: «Пятьсот шагов – около четырехсот пятидесяти метров».

Затем добавил:

– Надо вычесть из сорока миллионов, которые мне положено проделать. А теперь скорее обедать! Я заработал свой обед.

Он вернул винтовку ее хозяину и отправился в город, куда уже дошел слух о его подвиге.

Секунды три отделяло его противника от вечности

Зайдя в салун, Бессребреник приказал подать себе обед, который оказался отвратительным, но он с жадностью проглотил его.

В это же время в углу салуна два человека шепотом продолжали начатый ранее разговор:

– Да, – говорил один, – серебряный король заплатит сколько угодно.

– Весьма сомнительное дело, – сказал другой.

– Кто ничем не рискует, ничего не имеет.

– А веревка?..

– А миллионы долларов…

– Все же похищение!.

– Но ведь само похищение уже не наше дело.

– Судья Линч не станет разбирать…

– Стало быть, ты отказываешься?

– Нет, только колеблюсь… Покажи-ка бумагу.

Собеседник вынул из кармана скомканную бумажку и развернул ее.

– Вот он, документ.

Другой стал разбирать вполголоса и, дойдя до подписи, прибавил:

– Подписано: Джим Сильвер. Где ты нашел это?

– На земле… в тот момент, как миссис Клавдия освобождала повешенных.

– Должно быть, она потеряла телеграмму.

– Я видел, как она обронила ее.

– И не подумал возвратить ей.

– В первую минуту намеревался было, а потом рассудил, что не следует поддаваться первому впечатлению, что тут, может быть, серьезное дело, и стянул бумажку.

– Да, дело очень серьезное.

– У старого крокодила Джима Сильвера мошна полна, пусть потрясет ею.

– Стало быть, ты намереваешься?..

– Похитить миссис Клавдию Остин, увезти ее подальше в надежное место и обменять воздыхателю за наличные.

– За сколько?

– Ну, положим… хоть за двадцать пять миллионов.

– Долларов?

– Да… на долю каждого по двенадцать с половиной миллионов!

– Кругленький капиталец!

– Принимаешь?

– Не отказываюсь!

– Говори прямо «согласен!» – и дело в шляпе.

– Хорошо, согласен!

Бессребреник продолжал дремать в качалке, давно погасшая сигара упала на пол к его ногам.

Когда он проснулся, уже темнело.