Без гроша в кармане. Среди факиров (сборник)

Как вы находите, успешно выполнен мой план?

– Чудесно! – отвечал, смеясь, джентльмен. – Невозможно напомнить более оригинальным образом о моих приключениях в то время, когда я был человеком-сэндвичем, живой рекламой… Кстати, куда девался Снеговик, мой бывший хозяин, а теперешний слуга?

– Не беспокойтесь о нем. Мистер Пиф и мистер Паф позаботились о его черной персоне.

– Прекрасно.

Гости заняли места по указанию любезной хозяйки, и мистер Бессребреник, сидевший по правую руку от нее, не без иронии стал созерцать оригинальное зрелище, представшее его взору.

Зрелище было действительно странное и вместе с тем мрачное.

Огромная столовая вся обтянута черным, в том числе и потолок.

Черный ковер на полу.

Стол накрыт черной бархатной скатертью, на которую положено меню, написанное белым на черном фоне, и карточки с именами гостей.

Гости заняли места по указанию любезной хозяйки, и мистер Бессребреник стал созерцать оригинальное зрелище

Салфетки черные, так же как и посуда и серебро, которому с помощью гальванопластики придали оригинальный оттенок старины.

Прислуживали, само собой разумеется, негры, черные, как уголь.

Все дамы были в черном, и единственные украшения, допущенные хозяйкой, состояли из черных бриллиантов, черного жемчуга и оксидированного серебра.

Впечатление от такого стола под волнами электрического света, лившегося с черного потолка, получилось действительно необычайное, и гости громко восхищались.

Кушанья, которыми был уставлен стол, представляли целую гамму непривычных цветов от коричневого до совершенно черного.

Здесь были колбасы и всякие черные приправы, черная редиска, черный хлеб, темно-поджаренное мясо с темными, странными на вид и на вкус соусами.

Вино подавалось густого фиолетового цвета, словно чернила, а кофе был черный.

Белое – только женские плечи, мужские манжеты и манишки у рубашек, да и то многие нарядились в черное, воистину ужасное белье.

Мистер Бессребреник после шестнадцатичасового воздержания отдал должное обеду.

При этом, не выпуская куска изо рта, он находил возможность любезничать со всеми, особенно с миссис Клавдией.

Последняя, как истинная американка, попытавшись удивить гостя, живо интересовалась произведенным впечатлением.

Эта чисто американская показная веселость, восклицания, произносимые в нос, весь этот громадный успех не принес удовлетворения миссис Клавдии, поскольку все было исключительно в стиле янки.