Бухтарминские кладоискатели

– Да, верно, это зуб мамонта, – отвечал Станислав, наблюдая, как вытянулись лица ребят в недоумении.

– Если это зуб, то его хозяин должен быть величиной с трёхэтажный дом, – вполне всерьёз сказал Стёпа.

– Ты, Степан, был бы прав, если бы у мамонтов было тридцать два зуба. Но у них, как и у слонов, их всего по восемь. Клыки превратились в бивни, а резцы оказались ненужными и атрофировались. Так как растительную пищу они срывают хоботом, то осталось лишь по два коренных зуба на каждой стороне челюсти, зато видите, какие мощные! Настоящие жернова для перетирания травы и веток.

За жизнь – а слоны живут до восьмидесяти лет – они у них меняются три раза, истираясь до основания, ведь вместе с травой попадает и земля, и песок.

– А это что за фарфоровая труба? – спросил Степан, взяв в руки желтоватый предмет круглого сечения.

– Разве не узнал? Это же бивень мамонта. Вернее, его обломок.

– А, и правда. Только он что-то крошится.

– Да, бивни сохраняются хуже других костей, – подтвердил Станислав, добавив: – А лучше всех зубы.

Видите, тут их целая коллекция от разных животных. Как вы думаете: почему так много зубов?

– Они крепче, из-за дентина, и потому лучше сохраняются, – сообразил Роман.

– Верно, – согласился Станислав. – А я тут ещё другую теорию толкаю, почему зубов много относительно других костей. Да потому, что кости вместе с падалью жрали гиены. У них такая специализация – именно кости. А зубы они не могли разгрызть – слишком твёрдые.

– Интересно, – протянул Стёпа.

 – Вот бы посмотреть,что тут было двадцать тысяч лет тому назад!

– Читай Обручева «Плутония» или Рони «Борьба за огонь», – посоветовал Станислав. – Особенно вторая книжка. Там автор изобразил так, что всё кишит от страшных хищников: пещерные медведи, львы, саблезубые тигры. И все голодные, а самая лёгкая добыча – человек. А тут ещё ледниковый период наступил, холод. Единственное спасение – забраться поглубже в какую-нибудь пещеру. Этих пещерных людей так и называли – троглодиты.

У них выживал, наверное, из тысячи один.

– А, кстати, кости древнего человека не попадались?

– Слишком сложный для меня вопрос. У нас в карьере всё перемешалось, и не поймёшь, где древнее, а где современное. Я же говорил про старинное кладбище, а там где их разберёшь – древние или не очень.

Когда закончили беглый осмотр, Станислав сказал:

– А теперь в путь. Но сначала мне надо сделать свою работу, и это займёт часа два.