Рыдания усопших (сборник)

Ох, уж эти мужья! По их мнению, весь мир кружится вокруг них самих, и их звонки, равно как их сексуальные притязания, просто не могут оказаться некстати!

Потянув из висящей на спинке кресла сумочки мобильник, она неловко повернулась, и капли струящейся из тонкого змеистого шланга воды попали-таки ей за шиворот, несмотря на все воздвигнутые услужливой синеволосой девицей-парикмахером преграды, и заставили Сабину досадливо поморщиться. Перепуганная девица тут же прекратила всякие действия по мытью Сабининой головы и замерла в нерешительности и ожидании дальнейших распоряжений, а то и упреков.

Ник! Где ты? – почти выкрикнула в трубку Сабина, за напускной радостью пытаясь скрыть раздражение.

Привет, милая. Полет на этой развалине прошел успешно и я уже в настоящем аэропорту. Представляешь, кроме меня, пилота и еще одного малого в этом корыте никого не было.

Как это? – Сабину не очень интересовали эти подробности, но она старалась быть вежливой.

Так уж вышло! Да и место мне досталось, так сказать, почетное. В общем, часа через полтора я буду в самолете, и вскоре ты меня увидишь. О?Кей?

Голос Ника звучал чуть приглушенно и как-то… чересчур ровно, без свойственных ему заливистых эмоциональных модуляций, словно он старался сдерживаться в присутствии кого-то, о ком ей не следовало знать. Впрочем, принимая во внимание разделяющее их расстояние, не было ничего удивительного в том, что связь была не очень хорошей, и Сабина отмела возникшие было подозрения, к которым всегда готова любая неуверенная в себе женщина, поспешив ответить:

Конечно, дорогой, жду тебя с нетерпением.

Высветившийся на табло мобильника номер был ей незнаком. Он состоял сплошь из одних лишь семерок и четверок и казался ненастоящим, что часто случается при звонках с заграничных таксофонов.

После некоторого молчания Ник пробурчал что-то нечленораздельное и отключился.

Обиженно посмотрев на мобильник, Сабина сунула его обратно в сумочку и велела безучастно стоящей рядом девушке продолжать процедуру. Та, громко щелкнув пузырем из жевательной резинки, вновь взялась за шланг.

В суете да хлопотах время бежит быстро. Час за часом исчезают в молочной зыби прошлого, а уж о минутах и речи нет – их короткая жизнь и вовсе проходит мимо нас.