Визитка злой волшебницы

Впереди очередь. В очереди мужик.

На кирзовых сапогах комья грязи, кроличий треух на затылок съехал, ватник распахнут. В общем, тракторист трактористом.

Подходит он к окошку, девушка на него так нелюбезно глазами шасть. И начала в бумажках своих копаться, его принципиально не замечая. Делать ей нечего, умной и красивой, как на трактористов смотреть. И вообще, ходят тут всякие.

Мужик стоит, терпеливо ждет. Грязь на сапогах засыхает и потихоньку на пол отваливается.

Наконец девушка ему нелюбезно предлагает предъявить наличность, которую он на счет сдавать пришел.

И тут красавица за окошком волшебным образом начинает меняться. И взгляд у нее делается ясный-ясный, и верхняя пуговка на кофточке как-то сама собой расстегивается, и движения делаются плавными-преплавными. И вижу я отражение этого мужика в ее глазах. И в этом отражении он весь такой из себя высокий голубоглазый блондин в кашемировом пальто и крокодиловых ботинках.

Ну, мужик деньги сдает и от окошечка отходит. Оно и понятно. Кончил дело – слезай с тела. То есть отойди по-хорошему, дай другим финансовую нужду справить.

И тут девушка опять, как в сказке, резко меняется. И сразу видно, что жизнь у нее одинокая и неустроенная, и зарплаты точно не хватает, и мужики все вокруг козлы. Особенно этот, только что от окошечка отошедший, а на свидание не пригласивший.

И так до следующего клиента. С толстым кошельком. Красавцем, внешность которого не имеет абсолютно никакого значения.

    Инесса Перцева, газета «Курьер»

Глава 5

Кому Новый год, кому похороны

Не обязательно выигрывать в каждом споре. Просто согласись или не согласись.

    Регина Бретт

Следующие два дня Инна била баклуши. На традиционной по вторникам редакционной летучке она, лениво покачивая ногой в замшевом сапожке, перечислила свои планы на неделю: похороны Алексея Карманова, где может всплыть что-нибудь интересное; одна из предновогодних колонок в рубрику «Женский взгляд», до коих Перцева была большая мастерица; визит в особняк Манойловой.

– Пожалуй, хватит с меня, – заключила она.

– Хватит, – согласился главный редактор, – другие тоже могут поднапрячься и слегка поработать.

Генрих Стародуб, сиречь пьяница и бездельник Генка Дубов, закатил глаза к потолку и демонстративно вздохнул.

Сбежав с работы пораньше, Инна отправилась в недавно открытый японский ресторан «Киото», на встречу с подругами.