Мой любимый сфинкс

За обедом Злата старательно не смотрела на Аржанова, который спокойно и невозмутимо ел солянку и куропаток и вел обстоятельную беседу с теми гостями, которые выказывали подобное желание. Зато она с интересом рассматривала остальных собравшихся.

Парменов в стильном твидовом пиджаке, попыхивающий трубкой, представлял собой образец элегантности. Приятный горький запах дорогого табака плыл по столовой. Банкир Григорий, фамилии которого Злата не знала, был целиком и полностью поглощен едой. Муромцев беседовал с Аржановым, его помощник Володя скромно молчал, соблюдая субординацию.

Светка ворковала с Завариным, который время от времени перекидывался парой слов с хозяином базы. Зимний азартно рассказывал о своем улове Костромину. Толстенький Щапин, смешно морща нос, пристально разглядывал Светку, видимо, ее открытые прелести не оставили его равнодушным. Злате стало смешно.

– Барышня, а можно нескромно поинтересоваться, откуда у вас столь изысканное украшение? – вдруг спросил он. От неожиданности Злата вздрогнула, а Светка изумленно воззрилась на историка.

– А можно мне поинтересоваться, с чем связан столь нескромный вопрос?

– Простите нижайше. Просто ваш кулон удивительным образом похож на фамильную драгоценность Вероники Берковской, творчеством которой мне приходилось заниматься. Он пропал где-то в начале сороковых годов. И сохранилось лишь его точное описание. Осмелюсь утверждать, что ваше украшение очень под него подходит.

– А кто такая Вероника Берковская? – заинтересованно спросила Злата.

Светкин кулон ее интересовал все больше.

– Актриса. Довольно талантливая, но мало известная широкому кругу зрителей. В кино она не снималась. Играла на сцене Малого театра в Москве. Красива была удивительно. В принципе, ее почитатели ходили смотреть не на ее игру, а на внешность. Одна из первых красавиц Москвы, чем, наверное, и объясняется ее трагическая судьба. Слишком много мужчин жаждали ею обладать, совершая ради этого низости. Так что она умерла в лагере.

На Колыме.

– А фамильные ценности у нее откуда? – вступил в разговор Заварин. Злата видела, что с интересом прислушивается к беседе и сидящий напротив Володя. Щапин поудобнее развалился на стуле и начал рассказывать, довольный вниманием аудитории.

– Марк Берковский, отец Вероники, был довольно известным в России адвокатом. Он происходил из богатой семьи. Много практиковал еще до революции, поэтому нажил довольно приличное состояние.