(Не) верь мне

– Я знаю, но просто… я все равно хочу… знать, – упрямо прошептала я, а Итан не стал спорить, лишь переглянулся с лордом Далтоном. Разве они могли меня понять, ведь мужчины с рождения знали, к какой семье принадлежат.

С каким трепетом я искала, а потом лезла по стремянке, чтобы достать с самой верхней полки папку с мерцавшей буквой «Б». Она оказалась очень тяжелой, и я осторожно спускалась с драгоценной ношей, спешила к письменным столам, где двое мужчин в полицейской форме уже листали папки. Маги даже не взглянули на меня, когда я пронеслась мимо них и в предвкушении открыла первую страницу.

Изучив содержание, с легким трепетом прочитала: «Эльза Браун, родилась двенадцатого августа тысяча восемьсот шестьдесят седьмого года». Провела пальчиком вправо, триста пятьдесят шестая страница. Осторожно листала тонкую бумагу, а саму всю лихорадило. Сейчас, вот сейчас я узнаю все о родителях. Пусть отец отказался от меня, но все равно магия его крови бежит по моим венам, и дар чтеца передался мне от бабушки или дедушки.

Мама. Кто она? Похожа ли я на нее? Я обязательно ее найду и буду помогать. Моей зарплаты хватит, чтобы обеспечить нас обоих. А еще лучше привезу ее в Лондон, и мы будем жить вместе. Восторженные мысли замерли, когда открылась нужная страница.

Незаконнорожденным не запрещали получать информацию о семье, потому что аристократы все равно не принимали таких детей, но рассказывали о случаях, когда некоторые отцы помогали своим бастардам в продвижении по службе или в приобретении собственного жилья.

Многие незаконнорожденные превосходили в умении вести дела прямых наследников и навсегда оставались на службе у семьи.

Человеческих матерей бастарды тоже искали, но кто-то сталкивался с нежеланием женщины видеть свидетельство своего позора, а кого-то принимали в дружную семью. Вот и я надеялась обрести родных. Только в справочнике была информация лишь обо мне. Мои имя, день, месяц и год рождения. В каком приюте воспитывалась, где сейчас работала и жила.

Все.

Я откинулась на спинку стула и растерянно смотрела на ровные буквы, написанные черными чернилами. Глаза наполнились слезами, а когда услышала сочувствующий голос лорда Далтона, то не выдержала, спрятала лицо в ладонях и заплакала.

– Мне очень жаль, мисс, – пробормотал пожилой маг, – такое бывает редко… но бывает.

Почему это случилось именно со мной? Я сорвалась с места и устремилась к выходу. Лорд Райли окликнул меня, но я не остановилась.