Ахерон

– Папа, может, сегодня ты не будешь пить? – осторожно, с тихой надеждой спросила.

– Ты мне не указ! – Неожиданно отец хлопнул кулаком по столу. – Нашла работу и возомнила себя хозяйкой! Я здесь хозяин! Я, а не ты!

Он еще что-то кричал вслед, но я заткнула уши и спряталась в комнате с девочками. Хорошее настроение было испорчено.

На следующий день я тщательно собиралась. Затянула волосы в строгий пучок. Мне казалось, что так я выгляжу старше и серьезней. Надела лучшее платье, шелковые мамины чулки, которые бережно хранила, начистила до блеска старые туфли и отправилась на работу.

Ровно в семь ноль-ноль я уже стояла возле двухэтажного здания. Внизу находился антикварный магазин, а на втором этаже проживал месье Савар. Я уже бывала в таких домах, с другой стороны имелся еще один вход с небольшой прихожей и дверью в магазин, а также лестницей, ведущей на второй этаж.

Прохладное утро быстро остудило жар тела, и стало холодно. Поднялся ветер, и на небе собрались серые тучи, и я пожалела, что вместо шерстяных чулок надела шелковые. Старое пальто плохо согревало, поэтому, когда с внутренней стороны открылась дверь и появился хозяин магазина, я заметно дрожала.

– Что с вами, мадемуазель Мосс? – обеспокоенно спросил месье Савар.

– Все х-хо…р-рошо. – Я очень обрадовалась, что мужчина не передумал, и довольно улыбалась. Вернее, старалась улыбаться.

– Бегом внутрь! – воскликнул хозяин магазина и тут же строго поинтересовался: – Вы что, всю ночь здесь стояли?

– Нет, – пискнула, когда месье Савар схватил меня за руку, увел в свой кабинет и усадил в кресло возле камина. Через несколько минут в моих руках оказалась чашка с горячим чаем.

– Пейте, согревайтесь и за работу. Чтобы раньше восьми утра больше не приходили. Ясно?

– Да. Ой, – обожгла язык кипятком.

– Не торопитесь, – уже мягко произнес мужчина и усмехнулся.

Стало так обидно. Ведь хотела, как лучше, поэтому и пришла пораньше, а еще вдруг испугалась: а если месье Савар уже жалел, что взял меня к себе? Расселась тут вместо того, чтобы работать. Глаза наполнились слезами, и я даже не поняла, когда начала шмыгать.

– Вы… плачете? – удивился месье Савар. – Еще не согрелись или что-то болит?

– Нет-нет, все хорошо, – пыталась успокоить больше себя, чем седовласого мужчину.