Кошачий Бог. Антиутопия

Как знали, что чем-нибудь накроет, не чумой, так другим, не тогда, так сейчас… Жаль Ненаглядную, она для всех была ненаглядной, кто помнит.

– Так ты, деревенский? Почему в охране, тебе прямая дорога на агрокафедру. Иди домой, считай, что сдал дела, оповещение давно на автоматике искусственного разума. Назначаю тебя экспертом. А мы-то монархов мучаем, чтобы вспомнили вкус настоящего хлеба, овощей…

– Я и так дома работаю, а с кафедры меня поперли, сказали, что нет соответствующего образования.

– Сплошной формализм, а не наука… Стоит ли удивляться обрушению цивилизации?

– Да, Академик, формализма больше, чем науки, неужели вам, городским, этого не было видно? Любой мужик это шкурой чувствовал, что нельзя так насиловать природу.

– Послушай, а где ты живешь? Могу я тебя увидеть?

– А приезжай, мы у старых ворот живем, увидишь сторожку, проходи через нее.

– Как так?! За оградой? И не страшно было начинать?

– А чего страшиться-то? Жизни? Что ж мы ее не видели, что ли? Будем рады, приезжай, Академик. Давно я хотел поговорить с умным человеком. Поэтому и вышел на экстренную связь. Приезжай, вон кошки умываются, гостей ждут.

– Какой маршруткой к вам лететь?

– Да никакой, пешком иди, не бойся.

Академик спустился в наземный гараж института, сел за руль автомобиля утилизаторов, не объясняя ничего, приказал открыть ворота и следом отправить по всем улицам просто уборочные машины, без химобработки.

20. Встреча

Сын выпрыгнул из тихолета, коротко обнялись, он протянул пакет, предложив быстрей переодеться.

– Мам, сначала, как юбку, продень через себя, потом сам костюм, а с бахилами я помогу, когда будешь готова.

– Там перекуси с дороги, я стол накрыла, сынок, – радостно защебетала она. Из хижины вышли Миляуси и Макс, следом выскочила Удача – сразу на плечо, узнала, соскучилась.

– Какой стол, мам? Эвакуация уже началась, – ответил он, удивленно осматриваясь. Под раскидистым деревом лежали бревнышки, он присел, увидел чипсы, похрустел.