Чистильщик

Два года назад, в 1993 году, прикрыли программу «Музыкальный киоск», говорят, что она болеет раком, сейчас собирают деньги представители искусства, давай и мы отправим денег на ее лечение из наших сбережений.

– Да, давай, – рассеянно ответила Галина Александровна.

– О, а это идея, давай назовем девочку Элеонорой, имя очень красивое, и ведущая очень приятная женщина, – предложил ее супруг.

– Я согласен, – сказал Виталий Анатольевич, боясь, как бы не передумала теща.

– Я согласна, очень красивое имя, – сказала бабушка.

Так я стала Элеонорой Витальевной Серебрянской.

Но когда родился мой брат, мы уже переехали в другую квартиру, которую папе дали от Министерства обороны. Папа назвал сына, ни с кем не советуясь, Алексеем в честь своего старшего брата, погибшего в Афганской войне.

Брат мой сейчас учится на юриста в одном Московском ВУЗе на 4 курсе.

А третью дочь моя бабушка назвала Иолантой. Бабушка родила ее поздно, уже ей было за сорок. Иоланта никогда не была замужем, но имеет дочь Екатерину, которую она родила непонятно от кого.

– Что за дурная профессия у тебя? – постоянно спрашивает она свою младшую дочку.

– Это не профессия, это мое призвание, – отвечает Иоланта.

– Твое призвание – петь в опере, дарить свой чистый голос людям, – говорит бабушка.

– В театре мне создали невыносимые условия, я не могу жить в «болоте», – говорит Иоланта.

– Ты моя дочь, наш род очень крепкий, он может вынести все, – парировала Галина Александровна.

– Но я не хочу принимать участие в их подковырках. Я хочу работать и получать зарплату, не «лизать пятую точку» начальству, чтобы получить лучшую роль и дополнительную премию. «Служить бы рад, прислуживаться тошно», – ответила Иоланта Сергеевна.

– Ну вот, теперь и Чацкого вспомнила. Ладно, не хочешь петь, но ведь можно освоить и другие профессии, – предложила моя бабушка.

– Зачем? Чтобы опять унижаться перед начальством? И потом, мне начали сниться вещие сны, я хочу помогать людям. Освоила астрологию. А музыка от меня никуда не уйдет, – сказала тетя Иоланта.

– Ладно, посмотрю, как ты выкрутишься, у тебя ведь дочь растет без отца, – сказала бабушка.

– Ничего, вырастет.