Наместник смерти

Видно, что он сильно спешил покончить со своим десертом. Вор открыл передо мной дверь, пропуская меня вперед, а затем вошел сам, плотно затворив ее за собой.

– Кажется, Тирам на тебя злится, – как бы невзначай заметил Виарт, подходя к одному из своих столов, заставленного склянками.

– Я заметил, – спокойно ответил я. – А также на меня обижена Лейки. Дуется Айрон, не говоря уж об остальных. А что насчет тебя?

Я многозначительно посмотрел на Виарта. Тот, встретившись со мной взглядом, слегка замялся.

– Я… эээ, я пытался сказать, что ты просто не в настроение и у тебя сложный период, но они напрочь отринули все мои доводы. И знаешь, что Ворон, между нами говоря, они правы. Ты действительно стал последнее время каким-то мрачным и нелюдимым. Даже больше, чем был до этого. Да и на язык ты стал еще более злым и колким.

– Просто мне уже надоело нянчиться с Лассом Капур и бегать на побегушках у Тирама, – огрызнулся я. – Мне надоел этот город и….

Я резко замолчал. Виарт с неподдельным интересом смотрел на меня, ожидая, что я скажу дальше.

– И…, – сказал он, подталкивая меня продолжить свою речь, но я уже взял себя в руки.

– Неважно, – проворчал я. – Я просто очень устал. От всего того, что происходит со мной в последнее время. От этой бесконечной суеты и неопределенности. Устал от той неизвестности, что ждет меня впереди.

– Я понимаю, – с серьезным видом заявил Виарт. – У тебя много забот Ворон, а ты еще так молод. Тяжело нести такую ответственность в столь юном возрасте.

– Не так уж я и молод, – огрызнулся я, хотя и понимал, что вор прав.

– Ты лечишь свои душевные раны вином и женщинами, и я могу это понять, – Виарт глубоко вздохнул. – Но я не могу понять лишь одного, почему ты отталкиваешь от себя тех людей, что хотят тебе помочь. Зачем отгораживаться от нас бравадой и злословием, пытаться оскорбить нас? Неужели ты уж так сильно хочешь остаться один без друзей и знакомых? Это твоя цель?

– Я не знаю, – грубо отрезал я. – Просто я привык всегда быть один.

Виарт снова громко вздохнул.

– Ты боишься, что мы тебя предадим. Бросим, как те люди, что делали с тобой такое ранее. Я понимаю тебя. Нелегко довериться кому-либо, если до этого ты уже не раз страдал из-за такого доверия.