Не хочу быть героем. Дивьи люди

И действительно это была скопированная детская игра, как только мы достигли конца колонны, мы встали и подняли руки, за нами тотчас, выросла цепь из пар, а наша пара, вновь, оказалась первой. И мы побежали сквозь строй. Меня посетило щемящее ощущение глубокой радости, я давным-давно позабыл о существовании такого легкого чувства восторга. Всё, что было до этого момента: неприязнь к народным гуляниям любого рода, обретённое с трудом самообладание и задетое вновь обретённым кольцом гордость перестали иметь какое-либо значение.

Я вновь увидел Палыча, он тоже смотрел на меня и улыбался, открывая все свои вставные коронки. Такая детская улыбка на морщинистом лице выглядела как-то очень глупо, я не сразу понял, что улыбаюсь точно также. И я хотел так улыбаться и хотел прыгать в этом танце вместе со всеми.

Мы снова образовали огромный круг и встали близко друг к другу, лицом внутрь круга. Боковыми шагами хоровод закружился вправо и вскоре, разорвавшись посередине, разомкнулся. Выстроив одну линию, все участники танца сделали несколько шагов на восток и остановились.

Лес отступил ещё дальше и поляна за палатками, где мы танцевали, теперь простиралась во все стороны доступные взгляду, а навстречу нам из-за горизонта вставало яркое солнце. Мне по привычке захотелось прикрыть глаза. Странно, но, глядя на ускоренный восход светила, я не испытал в этом необходимости. Восходящее солнце, словно позволяя всем нам полюбоваться на свою утреннюю нежность, не мешало зрению. На огромном золотом диске различались объемные, как в «Три Дэ», образы Девы с нежными овалом лица, контуром шеи и плеч, обрамлённых копной волос рядом с ликом бородатого мужчины.

Они выглядели, как живые, я уверен, что она кокетливо повела плечом и улыбнулась, обернувшись к спутнику.

«Что это со мной?» – Я почувствовал, что готов разрыдаться вслед за большинством прослезившихся на поляне людей. Девушка в синем платье, рядом со мной смеялась и плакала в то же время. Когда первые лучи Солнца достигли края поля, мы вытянули сцепленные друг с другом руки вперёд и шагнули навстречу ласковым лучам, затопившим всё вокруг.

Кольцо на моём пальце засверкало новым блеском. Я разглядывал свою руку, словно никогда не видел её раньше. Металл сочетал несколько оттенков, они расходились по нему как масленые разводы семи основных цветов и образовывали неповторимый рисунок. Насчёт неповторимости я тут же передумал – у моей пары было точно такое же, но уменьшенное в размерах кольцо.