Дневник Маленькой Королевы

За то мой воин, далёкий от повседневных мелочей правителей аграрных стран, молчал и выглядел отрешенным, а мне вдруг так захотелось повторить чувство восторга возникшее, когда он по условиям нашей сделки, становился внимательным и обходительным. Раньше он, конечно, одним только невниманием к моей скромной персоне меня счастливой делал, но сделка – есть сделка, и нечего ему просто так драгоценное время просиживать.

– Дорогой супруг, Вы очень заняты с утра? – я постаралась исполнить нечто похожее на улыбку Ингрис и обратилась робким голоском.

– Для тебя я всегда свободен, радость моя, – если от рафинированной сговорчивости брата, Фалентира даже и перекосило, мне было всё равно. Я продолжила в чрезвычайно радостном предвкушении:

– Составите нам компанию? Мы собрались на прогулку сразу после завтрака.

– С превеликим удовольствием! – прозвучало вполне мной ожидаемое. И пока я упивалась чувством триумфа от достигнутой уступчивости, у папы с мамой складывалось стойкое впечатление, что я из всемогущего повелителя «верёвки вью» (если я правильно запомнила, свёкор именно так о способностях Ви отозвался).

Я получила далеко не легкомысленное «да» ещё на пару просьб, до того, как мама, улучив момент для воспитательной беседы, попыталась указать на явный перебор в демонстрации личных побед на публике. Я вздыхала, думала о своём, не внимая её речам, и улыбалась с полным отсутствием вины на лице.

Знала бы я, как быстро родители объединяются в борьбе с моими несовершенствами, не выпячивалась бы так со своим кратковременным счастьем. Мамочку совсем не успокоила моя реакция на замечание, о чём она не преминула сообщить папе, а вот с методами его воспитания лучше было вовсе не знакомиться. Несомненно, папа собирался переговорить о моих приключениях с Даромиром наедине, но учитывая мамино недовольство дочерью, решил свой вопрос в долгий ящик не откладывать.

– Дорогой зять, соблаговолите-ка объяснить, каким ветром мою дочь занесло в Королевство Тхетельситапрохсы? – вопросил он, дождавшись окончания моего восторженного описания сада родителей Даромира, куда мы вшестером направлялись. Точнее даже всемером: два папы, две мамы, Даромир, я и моё хорошее настроение.

Все замерли в ожидании.