Реквием по любви. Грехи отцов

По слезной просьбе Андрея, не на шутку переживающего за свое здоровье, бабушка не спускала с Сони глаз, заставляя все делать под строгим контролем.

Тем временем Лиза с Гордеевым вплотную занялись подготовкой к соревнованиям. До них было еще очень далеко, но расслабляться в подобных делах равносильно провалу. Тренировка после длительного перерыва далась непросто – в теле ныла каждая мышца – однако принесла хорошие плоды. Довели до автоматизма некоторые элементы новой программы.

Словом, не успела девушка и глазом моргнуть, пришла пора прощаться с Соней и Андреем.

Дом мгновенно опустел. Стал унылым и серым, потеряв привычные краски. Родные стены словно тисками сдавливали, и тот факт, что Дмитрий, возможно, наблюдает за ней на устройстве, куда выводится информация с камер, облегчения не приносил.

Очевидно, заметив перемены в ее настроении, бабушка и решила развлечь внучку подручными средствами. Стоит заметить, Данила поддержал идею с большим энтузиазмом. Будто знал, что сегодня его счастливый день.

– Массаж! – Довольный собой, он откинулся на спинку стула.

Лиза, насупившись, выразительно уставилась на мужчину:

– Мечтай!

– Все прилично, – поспешил успокоить он. – Не в службу, а в дружбу, Лизок. Спал неудобно.

Несколько мучительно долгих секунд она взвешивала все «за» и «против», а после все же сдалась.

– Хорошо. Но начинать лучше с пальцев.

Даня тут же протянул ей свою огромную ручищу:

– Как пожелаешь. Не знал, что бывает и такой массаж.

– Хм… Так у меня появился шанс тебя удивить?

К данному действу Лизавета подошла со всей ответственностью. Качественно разминала каждую косточку, каждое сухожилие и мышцу. В меру сдержанный мужчина, прикрыв от наслаждения веки, восторженно и с придыханием причитал как подросток:

– О, да! Вот так, девочка… м-м-м… умничка! Невероятно.

– Заткнешься ты или нет?

Гневно зашипела она, не в силах даже посмотреть в сторону бабушки. Столь двусмысленно все звучало, что щеки от стыда загорелись.

– Конечно, заткнется, – раздался у входа в беседку не менее гневный голос Матвея, – если попросишь как следует.