Это я, смерть

Арина читает книгу и наконец начинает понимать.

Так вот что ему нужно, думает она. Так вот чего он хочет, вот зачем он это все.

«А ребенка не будет?» – «Какой ребенок!»

Ну уж нет, говорит она себе. Хватит. Теперь точно хватит.

Она перестает ходить в гости к тете Анечке – совсем. Она спокойно, как большая, стоит на своем, и на нее не действуют бессильные аргументы родителей вроде «там будут пироги с рыбой», «тетя Анечка уже обижается», «Юлечка по тебе соскучилась». Я приберусь, я помою посуду, я сварю суп, но я никуда не пойду, говорит Ариша.

Я останусь дома, у меня уроки, а рыбу я не люблю, пусть даже и в пирогах. Пусть Аня с Юлей сами приходят в гости, если они скучают.

И однажды к ней и вправду является гость. Но это не тетя Анечка.

Он приходит летом, когда дома Арина и ее папа. Мама на работе, Степушка в садике, а папа пишет дома научную работу, и ему нельзя мешать. Погода какая-то противная – дожди и холодно, поэтому Арина, вместо того чтобы гулять с подружками, рисует шариковой ручкой в своей суперсекретной толстой тетрадке, потом записывает в ней же всякие выдуманные истории, а потом и вовсе делает то, что ей категорически запрещено, – читает лежа.

Книжка такая захватывающая, что она не слышит ни звонков, ни стука в дверь, ни криков; она вообще ничего не слышит, она недавно потерпела кораблекрушение и теперь находится на таинственном острове в Южном полушарии, она надеется вырастить урожай из одного-единственного пшеничного зерна, и ей не до каких-то там глупостей, происходящих в реальном мире. Однако глупости врываются в ее комнату вместе с разъяренным отцом.

– Что он себе позволяет, – тихим бешеным голосом говорит отец. – Десять минут уже в дверь барабанит и кричит: «Арина, Арина». Уже соседи вышли. Что вообще происходит?

Арина собирается ответить отцу – и вдруг слышит какую-то возню в прихожей.

– Ты что, его впустил? – спрашивает она, вскакивая.

– Знаете что, – говорит отец. – Разбирайтесь сами, у меня работа.

И вот в ее комнате уже сидит Вова. Он сам взял себе стул, поставил его у окна и просто сидит и молчит, и ничего не делает. Арина примостилась на краешке кровати и тоже ничего не делает и понятия не имеет, как себя вести. Она зачем-то дергает подол своей красно-синей клетчатой юбочки – раз, другой, еще сильнее, еще. Ее злит, что юбочка никак не хочет прикрыть коленки. Юбочка короткая, а коленки большие. Почти как взрослые коленки.