Точка покоя

Но Варя все еще видела перед собой не стол с пирогом, который передала ее бабушка, а странное искаженное лицо, вернее сросшиеся вместе его части.

Похоже было, что медведь ударил когтями мальчика от правого уха ко рту. Правая щека, нос и рот будто тупым ножом были разрезаны тремя полосами. Рваная рана, зашитая довольно грубо, проходила также по левой щеке почти до ее середины. Было видно, что в свое время медведь разорвал все мягкие ткани лица до самых костей. И рот, начало и конец которого были грубо стянуты, начинался от правого уха и заканчивался на середине левой щеки.

Непонятно было, все ли ткани правой щеки врачи сумели собрать или часть ее осталась зверю? Когда-то парня зашивали в полной уверенности, что он не выживет, поэтому выполнили работу грубо «трупным швом», оставив для рта разрез больше, чем он был раньше, поэтому губы казались приклеенными сверху и снизу ротового отверстия.

Сейчас шрамы давно зажили, но на парня невозможно было смотреть без боли. И все же Варя выдержала. Она не только не сбежала, но даже смогла поддерживать беседу за столом, пусть и через несколько минут.

Павел не обиделся. Он действительно настолько сильно нуждался в общении, что готов был принимать его даже как милостыню. И он был счастлив, что Варя так скоро оправилась от испуга.

В этот день Павел почти не мог ничего есть, но он умышленно выпил несколько глотков напитка, чтобы Варя могла привыкнуть к тому, как он это делает. Хотя парень все еще боялся, что завтра девочка не придет. Но Варя появилась у их дома как обычно, ближе к вечеру, когда обычная дневная работа была закончена.

Глава 4

Когда молодые люди обсудили маленькие события прошедшего дня, Павел спросил:

– Тебе сильно будет мешать, если я буду без маски?

– Ничего, конечно лучше без нее, – уверенно ответила Варя, – сейчас же так жарко! Представляю как под ней дышится!

– Да, дышится не очень, честно говоря. Но я так боялся, что ты убежишь, а потом больше не придешь, – с волнением сообщил парень.

– Разве ты изменился, сняв маску? – спросила Варя.

– Я не изменился, но все люди сразу меняются, – тихо ответил Павел.

– Честно сказать, я тоже сначала немного испугалась. Медведь сильно тебя порвал, – опустила глаза девочка. – Но потом я подумала, что ты – это ты. – Она вновь подняла глаза и добавила. – И какая разница, есть маска или ее нет. И вообще, в Евангелии сказано, что наше тело, как одежда становится старым и изнашивается. А душа вечна.