И жили они долго и счастливо

Даниил все больше влюблялся в эту чуткую и нежную девушку. Но Аня все также держала его «во френд зоне», не допуская ни малейшего намека на ухаживания или «перехода на новый уровень» отношений. И это заставляло парня страдать. Даниил похудел, стал хуже учиться. И только пел лучше с каждым днем.

Нередко после репетиций, молодые люди уходили вместе. Аня не возражала, чтобы Даниил провожал ее домой, но никогда не приглашала к себе. Однажды, девушка пожаловалась, что после смерти отца, ее мать стала вести себя странно, иногда могла сказать что-то резкое и даже грубое.

– Я понимаю маму, ведь она осталась одна на всей земле, и я вижу, что ей просто страшно, – поделилась Аня.

– А верующие для нее не стали родными? – осторожно спросил парень.

– Нет, мама ко всем относится настороженно и не очень доверяет. Верующие тоже причиняли ей боль. Мы же стали ходить на собрания, когда папа еще жив был. Тогда мама была совсем другой, открытой, веселой. А когда папа заболел, некоторые люди из церкви подходили и говорили: «Значит, твой муж или ты в чем-то согрешили, если он заболел.

– Иногда люди бывают жестокими и бестактными, – покачал головой Даниил, – но не все же такие.

– Да, большинство людей в церкви, были очень добры к нам и поддержали в трудную минуту. Поэтому мы с мамой и продолжаем ходить на собрания.

– Мне очень жаль, что все так произошло. А когда не стало твоего папы? – осторожно спросил Даниил.

– Три года назад. Он вот такой же осенью ушел к Господу. Утешает только то, что мы еще встретимся с ним на небе. И маму тоже, только это держит, – Аня чуть ускорила шаги, и Даниил понял, что девушка прячет слезы. Она подставила лицо встречному ветру, чтобы сдержать их.

Даниил и Аня шли по скверу к остановке. Занятия были окончены, но молодым людям не хотелось расставаться. Обычно осенний ветер был уже прохладным, но сегодня светило солнце. Аня надела тонкие кожаные перчатки, у нее всегда мерзли руки. Затем, она ласково провела пальцами правой руки по тыльной стороне левой, и произнесла грустно и задумчиво:

– Мне папа эти перчатки купил… сказал, чтобы осенью и весной не мерзла.