И жили они долго и счастливо

Для парня это было нормой, и он даже не заметил, с каким вниманием посмотрела на него девушка, слова неожиданной собеседницы оставили след.

Через некоторое время молодые люди остановились около подъезда небольшого старого дома.

– Ну вот, я и дома, – развела руками Аня.

– Я думал, ты не захочешь, чтобы я провожал тебя до дома, – улыбнулся Даниил.

– Так и было, но я передумала, – улыбнулась в ответ она и кивнула на окно третьего этажа, где у самого стекла стояла довольно молодая женщина. – Мама, похоже, все глаза проглядела.

– Ладно, тогда я не буду тебя задерживать, – махнул рукой Даниил. Он сделал шаг назад, затем остановился, неловко потоптался на месте. Было заметно, как сильно ему не хочется уходить. Парень тянул минуты общения со своей «хрустальной феей», как он с первой встречи мысленно «окрестил» девушку. Затем он поинтересовался. – Ты наш телефон знаешь?

– Нет.

– Запиши на всякий случай, ведь репетиции молодежной группы чаще всего проходят у нас дома, – напомнил Даниил.

– Да, конечно, – Аня открыла сумочку, достала блокнотик и ручку и подняла лицо, ожидая, когда парень начнет диктовать телефон.

Но Даниил стоял молча. Он не мог оторвать взгляда от личика Ани, которое сейчас будто светилось. Лучи света из окна квартиры первого этажа освещали ее профиль и заставляли светиться пушок на щеке и под ухом, который днем не был заметен. Чуть вьющиеся светлые волосы, казались ореолом вокруг головы. Даниил искренне пожалел, что он не художник или хотя бы, что в его руках нет фотоаппарата, чтобы запечатлеть удивительную картину, представшую перед его глазами в это мгновение.

– Ты, ты такая волшебная, – растеряно пробормотал он.

Аня резко вскинула голову, словно парень влепил ей пощечину, захлопнула блокнот и побежала к подъезду, забыв попрощаться. Даниил не мог понять, чем же так обидел ее. Парень несколько минут стоял в растерянности у подъезда, затем повернулся и медленно побрел на остановку.

Даниилу казалось, что его поместили на огромные качели. И каждый раз, когда от надежды на взаимность, и от восторга любви у него захватывает дух, его мгновенно бросают в пропасть безответности и отчаяния.

– Чего меня дернуло трепаться! – ругал он себя. – Ведь Аня сказала уже, никаких комплиментов и ухаживаний, – произнеся эту фразу себе под нос, Даниил до боли скрипнул зубами. – Но почему? Ведь я вижу, что ей со мной хорошо, не слепой же! Она сама не хотела уходить, и квартиру свою показала.