Все жизни текут

Была и сценаристом, и режиссёром, и артисткой. Мне нравились репетиции: крики, шум, смех. Творческая атмосфера захватывала, поглощала. Порой не хотелось расходиться по домам.

А волнение и биение сердца перед выступлением? Такое не забывается.

Барыня из меня получилась великолепная. Выступали мы то ли на школьном смотре, то ли на празднике. Помню много детских глаз и глаза учителей. Я дарила улыбки моим школьным друзьям. Они мне отвечали громкими аплодисментами.

Я была замечена. Это мой второй успех.

Впереди будет много публичных выступлений, волнений и радостей.

Но первое выступление будет как место силы, где можно отдохнуть, улыбнуться и зарядиться энергией. А пока друзья окружали меня повсюду на улице, в школе. Но самыми верными оставались три звезды. Их отлично видно из окна моего дома, они в ночном небе смеялись, мерцали и подмигивали мне. Не знала я, как их зовут, но доверяла самые тайные, самые сокровенные секреты. Сегодня мне известны названия трёх прекрасных звёзд. Альнитак, Альнилам, Минтака. Но не имею возможности видеть их по ночам.

Пропорции. Жизнь в больнице. Здоровье! Здоровье! Здоровье превыше всего! Врачи бабушке советовали: «За здоровьем малышки надо следить, слабенькая она у вас». И добрая бабушка следовала мудрым советам. Ежегодно, в начальной школе я проводила по месяцу в больнице, почему-то всегда зимой. В детские годы не помню себя плачущей.

Воспринимала мир с радостью, с распахнутой душой. Принимала его таким, каким он меня встречал. Школа – значит школа, больница – значит больница.

От больницы остались в памяти только гадкие и горькие порошки, учебники – мои друзья – да детские книжки. Я отчетливо помню сладкий насыщенный морозный воздух

после душных помещений больницы. И по сей день в феврале ощущаю особый аромат, исходящий из земли. Радостно восклицаю: «Весна идёт!»

С больницей у меня связана одна маленькая школьная история. В четвёртом классе в школе изучали пропорции, а я у себя на больничной койке изучала их по учебнику.

(К удивлению узнала: пропорции сейчас учат в шестом классе.

)

Если бы история не имела продолжения, я бы могла о ней и забыть. Читаю параграф первый раз и ничего не понимаю, позднее читаю второй раз, на третий раз я взяла ручку и медленно стала читать и писать. И разобралась. Поняла!

Я находилась в состоянии счастья (сейчас бы сказали – эйфории). Счастье коснулось меня своим крылом. Возможно, именно тогда у меня зародилось чувство, что знать и понимать – это две разные вещи.