Все жизни текут

Глаза привыкли к темноте, и я соображаю, что это новогодний шарик. На большом шарике нанесены светящимися красками звёздочки. Включаю свет: точно, красавчик, лежит на полке, и про него все давно забыли.

В далёком 1960 году моя бабушка была предпринимателем.

Она, конечно, и раньше им была. Но я помню хорошо именно с 1960-го.

Бабушка частенько говорила о линии своих родителей: «Мы были по торговому делу».

Однако предпринимательский дух жил и в советских гражданах!

Итак, топилась жарко печь. И когда дрова прогорали, она на шесток клала специальную доску.

Размягчала пчелиный воск и руками катала свечи.

Коричневые свечи были ровненькие по длине и толщине. Готовые она смазывала растительным маслом. В доме стоял упоительный аромат, он кружил голову.

Для свечей характерно длительное и яркое горение с приятным запахом.

От свечей чувствовался лёгкий медовый аромат даже в незажжённом виде.

Свечи продавались достаточно успешно. На эти деньги мы с ней жили.

Пословицы от бабушки.

Смотришь на океан, на восход солнца над ним и понимаешь: соприкасаешься с вечностью. Понимаешь, как мал ты сам. А в этом малом мире бушуют страсти, далёкие от вечности. Память хранит их следы.

У бабушки было удивительное лицо! Морщинки придавали ему мудрость и доброту. С ней было всегда уютно. Бабушка ласково отвечала улыбкой на мою улыбку.

Язык её образный. Она так и сыпала пословицами.

Может, ещё и поэтому её слушали обратившиеся за помощью люди. Припоминаю, как по радио или в газете «Пионерская правда», которую мне выписывала бабушка,

объявили конкурс или задание: собрать пословицы и поговорки.

Я за бабушкой записала пословиц две общих тетради по 96 листов.

И, конечно, отослала.

Пишу и пишу про бабушку. Вы спросите: «А как же мы жили с мамой, как общались?» Вы же помните, в два года на семейном совете меня отдали на воспитание бабушке. Жили с мамой очень хорошо и дружно. Правда, каждая семья жила сама по себе, но у нас были общие дни – это суббота.

Мы мылись в бане у мамы. Я по-детски любила субботы. Родители часто лепили вкусненькие пельмени и пели хором.

У мамы и папы были хорошие голоса. А я до сих пор говорю сестрам (их у меня две):

«Споём мамину любимую песню или папину любимую». Хотя у меня нет ни голоса, ни слуха, в семейном кругу можно петь. Бабушка частенько говаривала: «Егор (отчим) замечательный человек: добрый, поёт, рисует, а вот мать…» И она многозначительно вздыхала.