Тайна старинного зеркала. Фантастическая повесть в четырех книгах

Вскоре принесли обед, и Виктор с удовольствием отдался ему.

Потом Виктор перебирал в уме купленные подарки, и жалел, что не купил еще побольше, потому что вспоминал еще одного родственника, мимо которого пройти будет невозможно. Потом мысли его перешли к детям и Тамаре, и быстро перебежали к Николаю и Валентине.

Он представлял, как удивится его приезду Колян, как они сядут с ним за бутылочкой кокосовой, и как Валечка приготовит им блюдо, на которое он вез рецепт. Виктор и специи захватил для этой цели, он уже предвкушал их вечер на африканскую тему.

– Валечка! – Виктор вспомнил ее милую фигурку, ее тихий и успокаивающий голос, мысли его побежали дальше к запретным темам и местам. – Стоп, – остановил он себя. Спокойно! Она жена твоего друга. Не возлюби! Найдешь другую. Главное остаться с чистой совестью. А потом, ты же, по-моему, уже поменял приоритеты?

– Дама в белом? – спросил Виктор, скорее утвердительно. – Но, это все фантазии, а Валя своя и так рядом.

– Тогда подумай лучше о жене, – дал совет внутренний голос.

Виктор вызвал в душе образ жены, потом Вали и отметил, что образ жены уступает по силе яркости желания видеть Валю.

– Нет, сейчас не хочу, – подумал он. – Может быть, потом.

К тому же он увидел на табло команду готовиться к посадке. Самолет снова доставлял его в Москву.

Глава девятая

Виктор приготовился к выходу из самолета. Аэропорт Шереметьево встречал его за стеклом иллюминаторов мелким дождем октября. И под ноги его ложились желтые листья кленов, которые были повсюду. Они плавали в лужах, лежали на газонах, и какое – то приятно щемящее чувство охватило Виктора, когда он, выйдя из такси, пошел к своему дому по вечернему городу, под моросящим дождем и ароматом осени.

– Если бы, не чемоданы, прогуляться бы по этой вечерней улице, прямо сейчас! Посмотреть на светящиеся окна домов, на автобусы, проезжающие мимо с такими уютными огоньками, наглядеться на это сумрачное небо с черными облаками, на прохожих, на этих чудаков с собаками, мокнущими под дождем по необходимости, – подумал Виктор, с сентиментальным чувством отмечая все новые краски в своих ощущениях России, Москвы, своей улицы.

Сейчас он ощущал Москву гораздо острее, чем раньше, когда жил в ней день за днем, день за днем.