Евгений. Элизабет

Мы с матерью жили в девятиэтажке, около которой недавно разбили очень красивый и ухоженный сад, туда я и повел сестру.

– А тут красиво, – произнесла Ника, осматривая гирлянды, развешанные на деревьях и столбах.

– А это теперь наше с мамой любимое место, – указал я на лавочку, которая стояла у идеально круглого озера. Вид с нее был шикарный: чистейшее озеро, иногда покрытое кучей разных птиц, деревянный ажурный мост, ведущий на другой берег, красивые деревья и очень яркие цветы летом.

– Тут, наверное, очень романтично было бы встречать восход, – восторженно прошептала Вероника.

Я, согласившись, кивнул, прикрыв глаза. На этом месте отчего-то становилось так уютно и так трепетно.

Ника поддерживающе положила мне на плечо руку, и именно от ее прикосновения во мне что-то встрепенулось, будто маленькие иголочки прошлись по коже. Я даже испуганно открыл глаза, но тут же зажмурился, увидев вместо привычного темного парка место, заполненное чем-то серым, а вокруг сестры странный белый кокон, который стремился ко мне.

– Ты чего? – спросила тем временем Ника, на что я мотнул головой. Перебрал с шампанским, что ли?..

– Пойдем, а то прохладно стало, – пробурчал я, поворачиваясь в обратном направлении.

Но далеко уйти не получилось, внезапно где-то в районе сердца у меня полыхнула резкая вспышка боли, заставившая скорчиться.

– Женя! – взвизгнула сестра.

Открыть глаза вдруг стало сложно, а боль тем временем преобразовывалась в жар, а затем и в настоящий огонь, который, не давая мне ни секунды на осознание, устремился по рукам, заставляя меня уже взвыть.

– Отпускай силу, слышишь? – женский шепот и холодное прикосновение снега к лицу.

«Какую? О чем ты?» – подумал я, но произнести этого так и не смог, так как был поражен новой вспышкой жара в груди.

– Расслабься, прошу… – уже мольба.

Да как можно расслабиться, когда я весь полыхаю?! Но несмотря на всю нереальность предстоящего, я нашел в себе силы выдохнуть, позволяя огню взять надо мной верх.

Следом же пришло умиротворение, словно так и должно было быть. Дышать стало легче, боль стала отступать. Пустота в груди моментально наполнилась новой порцией жара, который я теперь ощущал, но это оказалось достаточно приятным.

– Что это было? – прошептал я.

Открыв глаза, понял, что лежу на земле. Почему даже падения не почувствовал?

– У тебя раскрылась сила, – с улыбкой произнесла Ника, стирая со лба капельки пота.