14 инкарнаций Саны Серебряковой

– У вас нет должным образом оформленных юридических оснований, чтобы вешать этого мальчика, вы похитили его на улице неделю назад, приволокли в свои застенки и пытками заставили признаться, что он, якобы, член подпольной организации и изготавливал бомбу.

– Но он!..

– Я не разрешала вам говорить, мой милый, – вкрадчиво проговорила Мари, широко улыбнувшись. – А вы, уважаемый, – обратилась она к палачу, дородному детине в капюшоне, скрывающем лицо, – уберите руку с этого рычага, он вам сегодня не понадобится.

Палач, как загипнотизированный убрал руку.

– Итак, – продолжила Мари. – Обвинение состряпано. Как и многие другие за последние дни. Всех, кто осмеливается выступать на площади и выражать недовольство, эти люди ловят, пытают в застенках, а потом вешают. – Она обвела глазами толпу: – Скажите народ Франции, разве этого мы добивались всей нашей историей, когда свергали королей и императоров? Чтобы какие-то крысы в кружевах, прикрываясь властью народа, вешали на улицах ни в чем не повинных людей?

– А где у тебя доказательства, красотка? – выкрикнул какой-то мужлан из толпы.

– Мои доказательства, это то, что вы видите каждый день. – Мари без труда нашла того, кто выкрикнул эти слова. Какой-то возница или подсобный работник в кепке с простодушным лицом. Она вперила в него взгляд, и он чуть присел, желая скрыться в толпе. Мари сказала ему, громко, на всю площадь: – Иди сюда, и посмотри в глаза этого юноши, и если ты увидишь в них вину, то я дам тебе самому нажать на рычаг.

Площадь погрузилась в молчание.

– Что, сам ты боишься творить правосудие? Это не так легко, верно? Может быть, кто-нибудь из вас, почтенная публика желает подняться сюда, и убедится, что человек в петле стоит там незаслуженно или нажать на этот рычаг?

Она резко обернулась на судью, и он аж отпрыгнул.

– А может быть вы, желаете привести ваш такой длинный и витиеватый приговор в действие? Идите, если вы так уверены, что правы.

Судья помотал трясущейся головой, что нет, он не желает.

Мари подняла руку и обвела пальцем толпу:

– Вы все пришли сюда полюбоваться на смерть, но не знаете, виновен этот человек, или нет, и боитесь решить, предоставив власти решить за вас. И теперь они просто похищают на улице всякого, кто им не угоден и вешают по придуманному обвинению.