Наследие викинга

Всего два дня как приехали из Парижа, а из-за них уже перессорилась вся дворня.

Он взял весла и повел лодку вдоль утеса к причалу, вырубленному в скале. Тибальд был коренаст и силен, его грубое, как у всех простолюдинов, лицо сглаживала добродушная улыбка и круглые, нависшие над серыми глазами брови.

Солнце, едва поднявшись над горизонтом, слепило глаза, играя бликами на волнах океана. Справа от нас высился белоснежный утес, на самом краю которого темной громадой нависал родовой замок де Морелей. На всех башнях замка развевались на ветру знамена с гербом моего рода.

– Вчера вы рано ушли. Удивляюсь, почему вы не любите шумные застолья? В вашем возрасте развеселые пирушки – самое первое дело. А вот молодые господа повеселились на славу, – Тибальд засмеялся и покачал головой, – господину Раулю сегодня придется несладко – выдержать такой прием и бал, тут не всякий вытерпит, а уж после такой ночи…

Тибальд налег на весла. Лодка стремительно понеслась к берегу.

– Он надолго запомнит свой последний холостяцкий пир, – опять засмеялся Тибо.

 – А чем кончился ваш спор с мессиром де Морелем? Я слышал, вы опять повздорили из-за вашего решения служить на военном корабле.

– Ты же знаешь его, Тибальд. Упрям, как тысяча ослов. Уперся, и ни в какую. Вчера кричал, что лишит меня наследства и все такое, но я не сдамся! Я тоже упрямый!

– Да уж, упорство де Морелей всем известно. Эта черта, я думаю, в вашем роду от Тьёдвальда. Недаром он был свирепым викингом, норманном, легенды о нем слуги до сих пор рассказывают с ужасом и трепетом в голосе.

Когда он заложил первый камень вашего замка? В начале десятого века? Вот-вот, прошло больше шестисот лет, а люди до сих пор шепчутся о нем. Говорят, что вы похожи на него, но кто это может подтвердить? В замке нет ни одного его портрета.

Поднявшись по крутым ступеням, выбитым в скале, мы подошли к лошадям. Они стояли привязанные к деревьям на краю кипарисовой рощи, которая широким кругом опоясывала крепостные стены замка.

– Пако! Ты где, бездельник эдакий?! – позвал Тибальд.

 – Вот погоди, надеру уши!

Кусты, растущие перед рощей, раздвинулись, и из-за них показалась хитрющая физиономия мальчишки. Он приложил палец к губам и поманил нас за собой. Переглянувшись, мы последовали за ним. Вскоре послышались голоса, девичий визг и смех. Мы вышли к небольшой поляне. На ней стояла карета, возле нее резвились девушки, бегая за маленькой лающей болонкой. В стороне, на расстеленном пледе, сидели дамы и двое мужчин.