Веселая поганка

– Вложишь, как же, – не поверила Тамарка, вызывая референта и давая ему указание, выдать указание его помощнику, чтобы тот выдал указание секретарше дать поручение главному дежурному заплатить таксисту за такси из бюджета компании.

У меня даже голова закружилась от столь сложных конструкций.

«Да-аа, нелегко быть президентом компании,» – подумала я, поудобней располагаясь в кресле и закидывая ногу на ногу.

– Ты что это, Мама, тут располагаешься? – забеспокоилась Тамарка. – Я же сказала тебе: иди в кафе.

– И пускай будет, – невозмутимо ответила я. – Всегда рада приятным людям.

– Так радуйся, пожалуйста, им где-нибудь, а не в моем кабинете. Ты что, Мама, нацелилась загубить мой проект на корню?

– Ой, Тома, не надо, – рассердилась я. – Будто не знаю я почему ты так нервничаешь. Знаю и твой проект – влюбилась как курица в Гургенова этого.

– Почему – как курица? – растерялась Тамарка.

– Потому что на кошку ты не тянешь уже, уже шерсть не та, повылезла и слишком на перья смахивает, – пояснила я и тут же подбодрила приунывшую подругу: – Но дело не в этом.

Тамарка всплеснула руками:

– Какой роман, Мама?! Когда я видела тебя последний раз, (а это было вчера в полдень) ты собиралась в ресторан и выглядела женщиной вполне замужней, скромно подумывающей о любовнике.

– Знаешь сама, как обманчива бывает внешность – и вчера уже я не была замужней. К тому же, все внезапно произошло. Сама не собиралась идти на роман, но не успели мы с ним познакомиться, как в тот же миг закипели такие страсти: мы раз десять уже поругались, но судя по всему жить не можем друг без друга. Его тянет ко мне, меня к нему. Вот только что со скандалом с ним рассталась, а сердце уже просится назад. Думаю, с американцем происходит то же.

Тамарка, явно ничего не понимая, тупо смотрела на меня, молчала и хлопала глазами.

«Вот что с ней случилось? – удручаясь, подумала я. – А ведь раньше понимала меня с полуслова, все ловила на лету.»

– Мама, – наконец нашла слова Тамарка. – Ты же недавно звонила мне, кричала что гибнешь, что не можешь выйти из какой-то квартиры. А-ааа! – вдруг вспомнила она. – Ты же про гомиков каких-то кричала! Он что, гомик?

– Боже упаси! – отшатнулась я.