Пять рассерженных мужей

И Женька, дурак, туда же, за этими простофилями тянется, вместе с ними и пролетит…

Эх, как чешутся мои кулаки!

Но с другой стороны, если он пролетит, то платить будет Юлька, а она очень платить не любит, пожалуй, ещё больше Тамарки. Значит с Женькой развод. Ха! И ещё какой!

«Ох и погонит она его!» – размечталась я.

– Совсем же неплохо, Иван, – вступил в разговор мой Женька.

Лёгкий на помине, будто слышал, что о нем подумала. Хотя, в последнее время, с тех пор как мы расстались, о нем думаю постоянно.

– Совсем неплохо? Конечно, – пренебрежительно подтвердил Архангельский. – После всех раздач как раз на сигареты без фильтра хватит. И то не всем.

Мужики загудели, а он начал считать, зная его привычки, уверена, обязательно загибая пальцы.

– Налоговой дать нужно? – спросил он.

– Нужно, – нехотя подтвердили мужики.

– Это раз, – открыл счёт Архангельский. – Природоохране нужно?

Все примолкли, но опытный Пупс подтвердил:

– Нужно.

– Это два, – продолжил счёт Архангельский.

– Ну это грабёж! – возмутился Даня. – Санэпидемам-то зачем?

– Нужно-нужно, – заверил Пупс, и Даня умолк, а Архангельский продолжил:

– Это три. Ментам ещё, пожарным… Скажите спасибо, что рэкет отпадает. В общем, семеро с ложкой ждут не дождутся, и рентабельностью в сто пятьдесят процентов никак не обойтись. Нужно процентов четыреста, на худой конец триста пятьдесят, не меньше. И это я берусь обеспечить.

Мужики замолчали, поражённые грандиозностью замыслов Архангельского, Пупс же бросился лихорадочно производить подсчёты, громко щёлкая клавишам своего старого раздолбанного калькулятора, как кастаньетами.

Заявление Архангельского так впечатлило Даню, что тот внезапно его зауважал и перешёл к непривычно официальному обращению.

– А как же, Иван Фёдорович, ты собираешься триста пятьдесят процентов обеспечить? – с непередаваемым пиететом спросил он.

– Господа, вы не видели меня в деле! – с беспрецедентной наглостью заявил Архангельский, от чего у меня душа в пятки ушла.

«Ну-у, теперь Маруся его точно убьёт, – подумала я. – Конечно убьёт, когда за долги продаст свою квартиру. Больше ей нечего продавать, новую-то машину своему Ване она ещё не купила, а за старую много не возьмёшь.»

Распереживалась я уже не на шутку, уже хотела выскочить из засады и загубить на корню их глупую затею, но в этот момент Пупс нарушил молчание.