Почем фунт лиха

Что бы ей это дало?

– Как что? Да все! Ее Герман вообще непонятно чем занимается, а она целиком и полностью под его влиянием. Не думаю, что тебя непременно собирались убивать (хотя в наше время и такое возможно), но что-то им от тебя определенно надо.

Эмоциональная и бессмысленная речь Нелли кого хотите выведет из себя. Я напомнила ей, что чем раньше сдам виллу, тем быстрее вернусь в Москву. Нелли, предчувствуя конец беседы, панически бросилась выдвигать глупейшие аргументы, но я наспех попрощалась и повесила трубку.

На скорую руку приведя себя в порядок, я позвонила Алисе и первым делом отругала ее за звонок к тетушке.

– Все время забываю, что она ненормальная, она ненормальная, – оправдывалась Алиса. – Мне в такси показалось, что ты сникла…

– Еще бы, от одних только разговоров про алкоголика Кирю с камнем на шее…

– А раз ты сникла, – продолжила Алиса, совершенно игнорируя выпад против Кири, – раз ты сникла, подумала я, значит, надо, чтобы Нина Аркадьевна тебя поддержала.

Поддержала?! Меня?! Нина Аркадьевна?! Господи! Что городит эта сумасшедшая?!

И после этого моя тетушка хочет, чтобы я подозревала Алису. Нет, если моя Алиса, с ее мозгами, убийца, тогда я, со своими, могу прямо сейчас идти всех грабить и убивать, и мне за это ничего не будет.

– Так знай, – ярость просто клокотала во мне, – я сникла как раз после того, как Нина Аркадьевна меня поддержала. Но дело не в этом. Мне нужно в бюро по недвижимости.

– По поводу сдачи в аренду дачи? – в рифму проявила догадливость Алиса.

– Да, надо решить это дело как можно скорей, тогда буду спокойно жить и горя не знать. Герман не освободился?

– Нет, а что?

– Хотела попросить его повозить меня по городу. Если ты не забыла, ездить на метро теперь небезопасно, – многозначительно напомнила я.

– Поедешь со мной, – тоном, не терпящим возражений, заявила Алиса. – Жди, через сорок минут буду на Гданьской. Я на такси.

Представив в качестве телохранителя свою Алису, я приуныла.

«Ладно, – приободрила я себя, – тетушка считает, что рядом с Алисой меня убивать не станут, а тетушка ошибается редко».

Минут через сорок в прихожей раздался звонок. Прежде чем открыть дверь, я в «глазок» удостоверилась, что это Алиса. Широкополая шляпа на ее голове, от питерского ветра приколотая к волосам красивой заколкой, говорила о том, что Алиса в прекрасном настроении. На фоне моих бед это показалось подозрительным.