Мужской гарем

Галину он всегда презирал, но теперь неожиданно проявил понимание.

– Ха! Смехота! – фыркнув, отвернулась Далила. – Галка рожает!

Этот факт она отмела по привычке, но сомнение племянника ее впечатлило. Далила задумалась. Перед мысленным взором в одно мгновение пронеслась целая жизнь.

Подруга беспутной была всегда. В школе не сходила с доски позора. Ох, и доставалось примерной Далиле за дружбу с вертихвосткой Галиной. И родители, и учителя недоумевали: «Что вас связывает?»

А с ней было весело и уютно.

Да и развратной она не была, одни лишь «понты». Нецелованная фантазерка Галина только дружила с мальчишками, а потом придумывала немыслимые истории о пылкой любви, о поцелуях, о жарких объятиях…

И допридумывалась. Отличнице и тихоне Далиле сексуальная жизнь и пылкая страсть (после частых о них разговоров) показались обыденным делом. Когда старшеклассник красавчик Матвей обратил на нее внимание, Далила совсем не ломалась. Доверчиво легла с ним в кровать, доверчиво ему отдавалась, а потом была сражена открытием, что беременна.

В Галкиных сексуальных блок-баснях о беременности не говорилось ни слова. Более того, когда до подруги дошло, что Далила «подзалетела», она так струхнула, что, краснея, призналась:

– Невинная я. О сексе только мечтала.

– А я твои мечты претворила в жизнь. И что теперь делать? – разрыдалась Далила.

– Аборт.

– Аборт в четырнадцать лет? А потом навеки забыть про детей? Здрасте!

– До свидания! – рассердилась Галина. – Ты от жизни отстала. Оглянись, что творится вокруг.

В четырнадцать «залетела» она, эка невидаль. Ты Матвею сказала?

– Нет.

– Так скажи. Интересно, как он среагирует.

Галке все интересно.

Матвей среагировал честно и по-мужски:

– Кто будет?

– Говорят, вроде мальчик.

– Рожать и жениться!

– А родители? – ужаснулась Далила.

– Хочешь загубить наследника моего? Родители должны понимать, что мы уже взрослые.

– Но тебе нет и семнадцати, а мне четырнадцать только-только исполнилось.

– Сексуальная революция, – с гордостью просветил невесту Матвей и сокрушенно добавил:

– Хотя какая там революция.

Средневековые Ромео и Джульетта – наши ровесники. Так что, рожать и жениться.

Он явно хотел быть отцом. Его это развлекало. Ходил по школе героем, а Далилу прогнали сквозь строй как сексуальную революционерку. Известное дело, в нашей стране всегда прав мужчина, и во всем виноваты бабы.

Справедливости ради стоит отметить, что Матвей в стороне не остался.