А я люблю военных…

Впрочем, я и не употребляю, чего нельзя сказать о полковнике – как он меня обозвал!

Боже, как он меня обозвал! И всех! И весь мир! И начальство! Правда, не совсем поняла чье: его или мое? Но обозвал крепко.

Скромная сидела и только дивилась: «И это человек в погонах! А я, между прочим, люблю военных…»

Конечно же расстроилась, слезы навернулись на глаза, застучало в висках. Спрашивается, зачем мне все это нужно? Лежала бы себе под столом…

Полковник снова взял себя в руки, устыдился даже своего поведения.

– Софья Адамовна, простите, – смущенно хмурясь, буркнул он.

 – Сам не знаю, как так получается.

В этом месте его голос снова начал набирать силу и высоту, зазвучали сварливые нотки.

– И до этого мне приходилось подозреваемых допрашивать, но чтобы вот так вот – впервые, – пробубнил он уже совсем бранчливо. – Топчемся на одном месте как ч-черт знает кто! А все вы! Куда вас все время уводит?

Мне стало его жалко.

– Согласна, – ответила я. – Хоть допрашиваюсь и не впервые, но опыта никакого.

А раз надлежащего опыта нет, так и спросу никакого, потому и съезжаю все время на частности. Но с другой стороны, нам и говорить-то не о чем. Я пришла на новоселье, гуляли всей компанией, очнулась на полу. Кстати, почему вы меня одну подозреваете?

– Потому что гранатомет в руках держали вы одна, а муж вашей подруги выпил столько, что только восьмым чудом света можно назвать тот факт, что он до сих пор жив.

В этом месте я страшно пожалела, что не выпила столько же.

– А не мог тот мужик в фуфайке проскочить на крышу и по ней уйти через другой дом? – спросила я, вспоминая, что сама так неоднократно делала, слава богу, по другому поводу.

Полковник меня огорчил:

– Нет, не мог. Этажом выше располагалась охрана, этажом ниже тоже. Ваш мужик никуда уйти не мог.

– Значит он и по сей момент в доме! – радостно заключила я. – Ищите среди жильцов. Только не говорите, что вы их хорошо знаете.

– Послушайте…

– Людям свойственно заблуждаться. К тому же покушались на самого президента, следовательно сумма предложена была внушительная.

За такую сумму и сама бы…

Глянула на полковника и испуганно поспешила заверить:

– Но мне никто не предлагал. К тому же, с тех пор как Люба получила наследство, мне было не до президента – шторы шила.

– Послушайте…

– Шторки, скатерочки, занавесочки! Кошмар! Тем более, что я шить не умею. Я так перетрудилась, потому и напилась. Только представьте, пока я шила, мой муж… Впрочем, не будем о неприличном.