Страсть на грани

Олег… Крутясь перед зеркалом в выстиранных вчера, пока его не было дома, обновках и предвкушая, что он скажет, когда ее увидит, Лера чувствовала приятное тепло внутри. Оно всегда возникало, когда она думала о муже. За несколько месяцев он въелся в ее кровь, плоть и сознание так, что она даже не могла представить возможной жизни без него. Он был замечательный, и Лера искренне огорчалась, что бабуля никак его не примет.

Хлопнула входная дверь, горячая волна радости из груди поднялась выше, залила голову, заставив жарко раскраснеться щеки.

Муж вернулся с работы, и впереди у них – тихий семейный вечер, в котором есть место неспешным разговорам, возне с мальчишками, поцелуям украдкой и полному слиянию душ и тел, когда сыновья уснут.

– Ух ты, какая красота! – восхитился муж, войдя в комнату и обняв ее перед зеркалом. – Какая же ты красивая, Лерка! Я даже мечтать никогда не мог, что у меня может быть такая жена.

– Вы, сэр, льстец и болтун, – поддела она его. – У меня есть глаза, поэтому в твоих комплиментах я вижу какой-то скрытый смысл.

Ты явно чего-то от меня хочешь.

– Конечно, хочу, – согласился он. – Я корыстолюбив до неприличия. И очень надеюсь, что меня покормят, потому что мужчина, вернувшийся с охоты, всегда голоден. Кстати, я там, в прихожей, оставил мамонта. Разберешься с ним?

– Какого мамонта?

– Продуктов я купил, мне премию дали, – объяснил Олег, целуя ее в ухо, от которого тут же побежал ток к остальным частям тела. – Но список моих желаний этим не ограничивается.

Когда ты поджаришь мамонта, я, как твой господин, желаю выпить с тобой чаю, послушать, как у тебя прошел день, и потом возлежать рядом с тобой на кровати, осыпаемый щедрыми ласками. Как тебе такая программа?

– Сгодится, о мой падишах, – засмеялась Лера. – Ты будешь один есть или Степку с тренировки дождешься?

– А Антошка дома?

– Да, уроки делает.

– Тогда я пойду с ним повожусь, а ужинать будем все вместе. Нельзя нарушать семейные традиции.

У их семьи уже есть традиции! Это была чертовски приятная мысль, которую Лере было чертовски приятно обдумывать, пока она жарила картошку, именно так, как любил Олег, с хрустящей корочкой, варила толстые сочные сардельки, которые скрывались под шкурой мамонта, накрывала на стол, откупоривала банки с маринованными помидорами и нарезала замороженное перченое сало.

Олег любил такую еду, сытную, добротную, простую, такую, как он сам.

– Лера… – она обернулась на голос мужа, который звучал как-то странно.