Февральская сирень

Лельке хотелось знать, как выглядит ее отец и как его зовут. Теперь она это знала. И выкинула его из головы. Маме она даже говорить ничего не стала, чтобы не расстраивать. Зачем, когда и так все понятно.

Их вросший в землю барак снесли, когда Лелька училась в восьмом классе. И как переселенцам из ветхого жилья выделили маленькую однокомнатную квартирку – давно не ремонтированную хрущевку, но свою, с отдельной кухней, ванной и туалетом. Подоспевшая приватизация, которую мама оформила одна из первых, позволила Лельке, оставшись одной, не мести двор, чтобы сохранить жилье.

В эту квартирку, отмытую до блеска и обклеенную свежими обоями, она и принесла из роддома своего сына Максима. Когда мама умерла, Лелька быстро выскочила замуж. Ей было просто невмоготу оставаться одной в опустевшей квартире, в которой после смерти Надежды все казалось чужим и холодным.

Кроме сына и новой фамилии – была Сибирцева, стала Молодцова – брак ничего Лельке не дал. Впрочем, она считала, что этого более чем достаточно, и над крушением семейной жизни не плакала.

Муж съехал из ее квартиры и из ее жизни, когда Максиму было полтора года, и с тех пор она решала все свои проблемы сама, заводила романы, меняла любовников, ни к кому не прикипая сердцем, никого не пуская далеко в душу, предпочитая брать, как можно меньше давая взамен. Так продолжалось довольно долго. А потом Лелька влюбилась.

Сначала все было вполне себе безобидно. За Алисой Стрельцовой стал ухаживать солидный, представительный, очень богатый мужчина, но подруга никакого интереса к нему не проявляла и его обществом явно тяготилась.

Так уж вышло, что после совместной поездки в загородный дом олигарха он переметнулся от Алисы к ней, Лельке.

Любовником он был умелым и изобретательным, дарил роскошные подарки, одной левой решал бытовые проблемы, с которыми Лелька привыкла справляться самостоятельно. В общем, был мечта, а не мужик, и она даже не заметила, как привязалась к нему по-настоящему. Впервые за долгие годы она думала не о расширении бизнеса и связанным с этим потенциальным ростом доходов, не о будущем сына, не о приобретении новой машины или квартиры, а о создании семьи, рождении второго ребенка (здорово, если бы это была девочка), о том, как хорошо просыпаться по утрам на родном надежном плече.

Впервые за долгие годы она позволила себе расслабиться. Из машины по решению проблем превратиться в слабую женщину, о которой есть кому позаботиться. Это чувство было для нее новым.