Чужая путеводная звезда

Первая чуть полненькая, но ладная, а вторая – совсем как фарфоровая статуэточка, тонкая и изящная. Обе были настолько полны внутреннего огня, прорывавшегося через каждое движение, что Марьяна невольно залюбовалась, наблюдая, как они бегут по палубе, едва касаясь ладонями поручней. Юностью, бездумной, беспроблемной юностью веяло от этих девочек, и Марьяна снова зажмурилась, чтобы не расплакаться. Ее пятнадцать лет были так далеко, что и не рассмотришь.

– Оля, Тоня, мы сейчас уходим, – откуда-то послышался женский голос, требовательный, чуть хриплый, полный той самой женской манкости, на которую обычно так падки мужчины.

– Идем, тетя Рита, – откликнулась одна из девочек, та, что постройнее, темненькая. – Мы во сколько вернемся, что мне маме сказать?

– Твоя мать в курсе, что мы возвратимся к ужину, – в женском голосе послышалось скрытое недовольство. – Давайте быстрее, девочки, нас такси ждет.

Снова послышался топот быстробегущих ног, девичий смех, и все стихло. Марьяна попыталась вернуться в состояние привычной погруженности в себя, но не успела.

По лестнице поднялась стройная женщина с милым, немного усталым лицом, приветливо поздоровалась, присела в соседний шезлонг, поправила широкополую шляпу, мешающую определить возраст владелицы, подставила лицо солнцу, блаженно вздохнула и тоже закрыла глаза.

– Хоть немного побыть в тишине, – пробормотала она, распахнула глаза и требовательно уставилась на Марьяну. – Дети – это прекрасно, но совершенно невыносимо, вы не находите?

Дети были опасной темой, развивать которую Марьяна хотела меньше всего на свете.

– Любая возможность отдохнуть – это прекрасно, – поспешно сказала она. – Вы в круиз? Как и я?

– Ну, наверное, все в круиз, раз уж мы здесь, – мелодично засмеялась женщина, стащила с головы шляпу, встряхнула непослушными кудряшками, тут же заскакавшими вокруг головы, как сорвавшиеся с привязи солнечные зайчики. Без шляпы было видно, что ей уже под сорок, не меньше. Впрочем, тонкие морщинки вокруг глаз не портили ее совершенно.

Назвать даму красавицей язык не поворачивался, но в ней определенно чувствовались стиль и то, что принято называть породой. – Все удивляюсь, и как я дала себя уговорить на это безумие? Кстати, давайте знакомиться. Меня зовут Елена Михайловна. Можно просто Елена.

– Марьяна. Вы здесь с дочерью?

– С семьей. С мужем и дочерью. И еще его дочерью. Впрочем, это неважно. – Смутная тень пробежала по ее лицу и сменилась непонятной ухмылкой.