Иномирец

И сам доклад, и приведенные вами примеры произвели на меня вчера большое впечатление.

– Спасибо, – выдавил, наконец, Илья. Он сделал над собой усилие и добавил, – Олег Сергеевич.

– Давайте немного поговорим о вас, а затем я расскажу, для чего я вас сюда пригласил, – ободряюще улыбнулся Дербенев. – Как вам пришла в голову мысль взяться за уфологию, Илья Владимирович? Конечно, направление очень интересное, я бы даже сказал завораживающее, но до сих пор никому из серьезных ученых не приходило в голову им профессионально заниматься.

Да и вы сами тоже начинали работать в рамках официальной гуманитарной науки. И вдруг – такой неожиданный поворот. Вы меня совершено заинтриговали. И дело тут не только в моих служебных обязанностях.

Олег Сергеевич прекратил усиленно располагать к себе собеседника и замолчал.

– Мысль пришла в процессе работы над кандидатской диссертацией, – сказал Илья и кашлянул, не зная, какого ответа от него ждут на самом деле. Лучше бы Дербенев сначала рассказал, чем вызван его искренний интерес как раз в пределах служебных обязанностей.

Но Олег Сергеевич перевоплотился в увлеченного слушателя. Он поставил локти на стол и подпер щеку рукой.

– «Стратегия прогресса через призму субъективного фактора», если не ошибаюсь? – без запинки произнес он. Либо хорошо подготовился, либо отслеживал деятельность Лапина довольно продолжительное время.

– Да, верно. В историческом разделе я писал о таком социальном явлении как религия. Прежде чем придти в упадок и отмереть окончательно, она прошла очень интересные этапы развития от поклонения силам природы до идолопоклонничества в эпоху ранней средневековой индустриализации.

И только попытка систематизации и приведения верований к общему знаменателю в виде монотеизма окончательно размыла основные понятия и привела к упадку религиозных институтов в обществе.

Илья увлекся. Спинка стула перестала давить на лопатки. Солнце рискнуло бросить в кабинет ярко-желтый луч, и жалюзи на окнах с легким шелестом повернули ламели, посчитав дерзость светила неуместной.

– Поскольку в моей научной работе большое значение придавалось влиянию субъективных факторов на процесс развития нашего общества, – продолжал Илья, – период упадка религии я почти не затрагивал, а вот период расцвета изучал довольно подробно. Меня заинтересовало идолопоклонничество, особенно позднее, когда объекты поклонения сместились из области стихий в область орудий труда.