Русское сокровище Наполеона

Маша, чтобы его не разочаровывать, даже не стала ставить чайник, а включила компьютер и углубилась в изучение сражения под Вязьмой.

– Мария, – неожиданно спросил шеф, он ко всем сотрудницам обращался по именам, – вы уже почти два года в музее. Как у вас с освоением фондов? Все ли вы сумели объяснить этому вчерашнему посетителю?

Маша засмеялась:

– Он об экспонатах вообще не спрашивал! Представляете, Владимир Олегович, он мой дальний родственник. По прадедушке еще – по тому самому, о котором в книге «По праву памяти» заметка, я вам о нем рассказывала.

– Да, конечно, – вежливо протянул Владимир Олегович и больше ни о чем спрашивать не стал.

Как раз явилась Таня с зонтиком – дождь, оказывается, идет. Тема сменилась. Потом Маша начала пересказывать вчерашний разговор с Ружевичем, ведь это всего отдела касалось, не так часто Ружевич к сотрудникам музея ВОВ лично обращается.

– Я ему об экспонатах, тех, что ты, Таня, из Ельни привезла, рассказала, – делилась Маша.

– А что это он вдруг именно к вам обратился? – ревниво поинтересовался завотделом.

Действительно, Маша была экскурсоводом, к фондам прямого отношения не имела.

– Просто так, наверное, – замялась она. – Встретил в коридоре и решил спросить.

О том, что она передала в фонды бумагу XIX века, рассказывать не хотелось. Собственно, это не секрет, в музее, наверное, и так все знают. Что в этом особенного? Бумажка какая-то, судя по всему, не очень важная.

Маша посмотрела в окно задумчиво:

– Ой, дождик закончился! Мне в Исторический нужно, отчет об экскурсиях отнести.

Ей и в самом деле было нужно – поговорить с Юрой.

В Историческом сразу направилась к нему в отдел. В отделе были двое, Юрка и Татьяна Михайловна. Работали. Юрка уткнулся в свой компьютер, Татьяна Михайловна за своим столиком что-то читала. Поздоровалась с Машей и почти сразу встала и вышла. У Юрки было такое же выражение лица, как вчера, даже мрачнее.

– Что случилось?

– Ничего. Кроме того, что меня объявили вором. Виктор Николаевич сегодня не ответил мне на приветствие – демонстративно отвернулся. Наверное, придется уйти из музея.

– Каким вором? Почему? А что у вас пропало? Из витрины вытащили? В каком зале?

И Юра рассказал ей все. С письмами Мурзакевича он работал в архиве много раз. Но, разумеется, ничего не выносил. Между тем все ниточки ведут к нему.