Нефритовая лошадь Пржевальского

Пржевальский потом шутил: «Риск этих дней и особенно ночей, когда мы оставались под открытым небом, не защищенные от дунган, был нашей платой за право пройти к Куку-нору».

О, Куку-нор! Синяя овальная чаша на цветущем горном плато!

Глава 4. Неожиданная находка

Старенькая «Лада» Потапова находилась на территории санатория, за жилым корпусом. Там и еще несколько автомобилей отдыхающих стояли. Елена Семеновна пошла к воротам, пока Потапов выруливал. По шоссе ехать пришлось недолго, вскоре Потапов свернул, и машина завиляла между деревьями.

– Деревня Боровики за родником сразу, – говорил Потапов. – Тут вода хорошая, Святой источник называют, его и впрямь батюшка освящал. А там, после деревни, недалеко и бункер. К источнику даже из санатория некоторые ездят, кто на машине – воды хорошей взять. Но я в этом году ни разу не ездил. А на бункер я в прошлом году случайно наткнулся – пошел пройтись, деревню посмотреть… Прошел немножко дальше по лесу, там и бункер.

Проехали мимо источника. А вот и деревня… Елена Семеновна ахнула – всего несколько домов целы, а вокруг сгорело все – печные трубы торчат, как на фотографиях послевоенных, такой вид. Печальное зрелище. Потапов притормозил, разглядывая.

– Батюшки! – вырвалось у него… Это не так давно, дней десять назад, пожар был, как раз перед моим приездом… Я слышал, но не заглядывал еще сюда.

– Отчего ж загорелось-то? – как ни была погружена Елена Семеновна в свои тревожные мысли, картина разрухи и уничтожения задела ее.

– Кто ж его знает… Может, случайно кто спичку бросил… А может, и нарочно. Люди, они иногда пострашнее зверя бывают. Полиция, как правило, такие происшествия не умеет раскрывать. Списывают на случайность. – Он еще раз огляделся внимательно.

Уцелевшие после пожара дома жались друг к другу на краю сгоревшей деревни, как испуганные животные. Было их всего два. Судя по всему, в них постоянно жили люди. Видно было, что за домами ухаживают.

Во дворе самого красивого домика – с мезонином, имеющим выход на просторный, огороженный деревянной решеткой балкон, возился пожилой мужчина – тюкал топориком, заделывая новыми штакетинами проем в заборе. Возле него, то выскакивая на улицу через эту дырку, то вновь запрыгивая во двор, бегала небольшая собака – русский спаниель – серая, веселая, лопоухая.