Одержимость стального

И снова раздавался риторический вопрос, на который мне не позволяли ответить.

В общем, я села в машину вся в слезах, наматывая их на кулак.

Называется, пыталась прикрыть соавтора грудью с бронхитом.

В общем, настроение было то еще. Сынишка успокаивал. Вообще Максим очень чутко меня чувствовал, в отличие от Саши.

Муж начал расспрашивать, что случилось.

Я попыталась сбивчиво объяснить и мне тотчас прилетело «Чего ты орешь?».

Я прикусила язык. Как будто я раньше не знала, что он так реагирует? Чего я ждала от соавтора, если собственный муж, отец моего ребенка в моей же собственной, приобретенной на мои деньги машине так со мной обращается?

В общем, я замолчала.

Сашка попытался извиниться, но я слишком устала всем сегодня что-то доказывать.

Поэтому я ехала злая как черт и обиженная до ужаса.

Так хотелось побыстрее добраться домой, запереться в рабочей комнате и писать книгу.

Один на один с вордовским файлом я могла излить и мысли, и эмоции. Придумать ситуации с героями, которые пережили подобное.

В общем, как-то выйти из этого состояния, уж раз я не могу даже мужу рассказать, чтобы не получить по лбу его фирменное «Что ты орешь?»

И мне было плевать как он это объясняет и почему. Плевать!

И вот остались последние метры, два поворота и три дома и… тут нас так тряхануло, что я едва не заорала со всей мочи.

Было так страшно, что сердце ушло в пятки.

Я замерла, вцепилась в ручку двери и только усиленно дышала.

Сначала я ничего не поняла.

Мы просто остановились – и все.

Затем я тихо спросила в воздух:

– Что это было? Мы попали в аварию?

– Да, – ответил муж и… меня переклинило. В нас въехали сзади, как раз там, где сидел мой Максим!

Мой мальчик! Моя единственная в жизни опора и отрада, хотя ребенку едва исполнилось девять лет.

Я вылетела из машины – и откуда только взялись силы – и принялась костерить этого гада, который в нас въехал.

Сама не помню, что говорила.

А он… он только почему-то улыбался.

Я даже не могла понять – он издевается или нет. А может пьян?

Выглядел вроде более-менее трезвым. Но… Какой же трезвый мужик, слушая женские крики и оскорбления, визги и угрозы в свой адрес будет так реагировать?

Если он вменяемый, конечно! Но ведь права ему как-то выдали!

В общем, я была не в силах остановиться. От страха, что Максим мог пострадать, совсем отказали тормоза.

И тут вышел на сцену Саша. Я думала, он возмутится, поддержит меня.